Ядерное интервью с Черданцевым. «Станкович – очередное разочарование. Сборная при Карпине до отстранения играла чудовищно»

– Вас разозлил Валерий Георгиевич?
– Да. Раздражает, когда люди, которые некомпетентны в каких-то вопросах, начинают делиться вкусовщиной. Я в этой профессии 30 лет и общался с комментаторами еще советской школы. Маслаченко, Дмитриева, Майоровы, я их знал лично, они меня учили. Публично выступать, тем более находясь на должности главного тренера сборной… Понимаю, когда ты нейтральный персонаж, болельщик, ты можешь высказываться как хочешь. Но в данном случае уважение к людям индустрии выказывать нужно, особенно выступая публично. Тем более Валерий Георгиевич сам был в этой роли в Испании и некоторое время был руководителем на «Матч ТВ». Должен знать эту профессию изнутри. Говорить, что выключает звук, – хорошо, но мы не будем говорить, что выключаем телевизор, когда плохо играет «Ростов». Или когда сборная России чудовищно играла до отстранения из официальных турниров. Это же было ужасно. И что, не смотреть? Не обсуждать?

– В чем это было ужасно?
– Это была самая слабая сборная за много-много лет. На мой взгляд, подчеркиваю. Но это не значит, что я выключал и не смотрел. Так можно договориться до того, что обсуждать кино может только Тарантино. Если ты не получал главного приза Каннского кинофестиваля, ты что, не имеешь права обсуждать кино? Долин тоже фильмы не снимал, но все читают (российский журналист и кинокритик Антон Долин, признан иноагентом в РФ. – Прим. «РБ Спорт»). Сами про себя тренеры и футболисты не говорят. Сколько раз предъявляли мне претензии за то, что в эфире тренеры ничего не говорят. Потому что не говорят! А журналист может сказать то, что не может сказать человек изнутри. Я не беру на себя сложные оценки тактических нюансов и деталей, я не тренер. Но за счет того, что прокомментировал тысячу матчей уровня Лиги чемпионов, могу давать оценки. Надо быть полным кретином, чтобы не начать в этом разбираться, притом что тренерская профессия очень сложна. То же самое касается профессии режиссера и отношения к кинокритикам. Странно было бы, чтобы только условный Серебренников писал про другие постановки – у него времени нет, он не ходит на них. Точно так же, как большинство футболистов и тренеров не смотрят футбол, у них нет времени. Сколько раз я слышал упрек от многих руководителей клубов: «Что у тебя сидит условный Петров, что он выиграл?» Вечный вопрос! То есть о вас может говорить только тот, кто выиграл больше, чем тренер вашей команды. И получается, что говорить могут только эксперты уровня Черчесова, но когда он приходит, то максимально закрыт и не критикует, все очень лайтово. Идеального эксперта не существует. Понимаю, что говорят английские и итальянские комментаторы-наррадоры, это скучно. Но наш Генич в сто раз интереснее рассказывает!

– У вас был конфликт с Карпиным, когда он вас изгнал.
– Он не изгнал. Начал предъявлять претензии прилюдно. Претензии беспочвенные и абсолютно в неприемлемой манере. Меня не удивляет, сколько футболистов от него ушло, ветеранов, взрослых футболистов. Много. Если такая же манера разговора в раздевалке...

– Что он сказал?
– Начал предъявлять мне претензию мелкую, не стоящую прилюдного разговора. И сделано это было не в той аудитории и в форме, в какой можно было сделать.

– Вы не среагировали на гол?
– Да. Счет был 5:0 в пользу одной команды. Но чтобы понять, надо было знать, как все устроено в аппаратной. Монитор с трансляцией в одной стороне, монитор компьютера – в другой, ты не можешь смотреть одновременно в два места. Команды доигрывали, я отвернулся... Руководитель, прежде чем предъявлять претензии, сходи к техническому директору, чтобы понять, как все устроено и как минимизировать такие ситуации.

– Что вы ответили Карпину?
– Ничего. Встал и вышел. Вернусь к тому, с чего начал. Говорить публично, что я выключаю звук, – это неуважение к тем людям, которые в своей профессии добились не меньшего, чем Карпин в своей.

– Время ли говорить о том, что Станкович не тот тренер, который нужен «Спартаку»?
– Абсолютно! Готов это сказать сейчас. Станкович – крутой футболист. Такое имя в РПЛ – это хорошо. Круто, когда такие фигуры к нам едут. Но мы опять убеждаемся, что имя, которое футболист заработал за годы карьеры, на тренерство не влияет никак. Мы убеждаемся, что «Спартак» сейчас значительно менее интересен, чем он был при Абаскале. Абаскаля здорово критиковали, и у него не было «слоновьей кожи» в виде титулов, кубков как у футболиста. Но тогда было понятно, что хорошо, что плохо – Абаскаля было за что критиковать. Здесь непонятно ничего. Уже конец октября, а я не понимаю, что делает этот тренер, какие решения и почему он принимает. А прошло уже много времени, первый круг заканчивается. Боюсь, что это очередное разочарование. Не вижу перспектив, чтобы что-то вдруг пошло в значительно лучшую сторону с учетом того, сколько игроков было куплено. Вот есть Николич и Станкович – они стартовали одновременно, и посмотрите, какой прогресс у ЦСКА и что у «Спартака», который имеет больше возможностей. В следующем туре мы увидим разницу в содержании игры.

– То есть вы уверены, что «Спартак» не станет чемпионом?
– Какой чемпион? Я вас умоляю. Даже и намека нет. Если у Абаскаля были намеки – команда играла с задором, энтузиазмом, то сейчас этого нет. Они просто выходят на поле, и все. Получается – хорошо, не получается – ну и ладно.

– Как вам новички? Абена, Барко, Маркиньос...
– Абена – игрок сборной Суринама. Если бы я был руководителем, никогда в жизни не подписал бы игрока сборной Суринама. У него есть определенный потолок. Какого уровня вы от него хотите? Большое заблуждение, когда российские клубы подписывают взрослого игрока из чемпионата Венгрии и думают, что он поможет бороться за чемпионство. Это нелогично. Уровень ожиданий от такого футболиста средний. Логика понятна – Станкович берет из своей бывшей команды игроков, он их знает, доверяет им. Но тебе Соболев не нужен! Вы что, шутите? Как тебе может быть не нужен Соболев? Как можно отказываться от такого центрфорварда? Чем Зиньковский хуже Медины? Как Хлусевич стал запасным? Есть многие вещи, которые за несколько недель работы Станковича остаются под большим вопросом.