Таксовал, взял в банке 7 млн, напился в Японии. Интервью самого крутого конькобежца Дениса Юскова

Журналист  «РБ Спорт» Анар Ибрагимов сделал первое большое интервью с рекордсменом мира после завершения карьеры. 

Из интервью вы узнаете: 

• какие призовые в коньках;
• как Юсков стал вегетарианцем;
• почему работал в такси;
• зачем взял кредит в 7 миллионов;
• как Юсков напился в Японии. 

***

– Пару дней назад ты закончил карьеру. Есть облегчение?
– Меня даже от этого как-то вставило. Предполагаю, что идет выброс гормонов. Из-за чего он произошел, трудно сказать. Но пока я ощущаю подъем. Понимаю, что это воодушевление существует в моей голове. У меня по жизни много было таких ситуаций, когда ты поступаешь нестандартно и очень круто поворачиваешь в другую сторону. От этого прет. Например. Пока был дома и лечился, подумывал, что уже, наверное, не получится. Юношеский заряд, который был, - его уже нет. Ни в голове, ни в теле.

– После спортивной карьеры ты опустошен?
– Сейчас? Не-а. Иногда бывает ощущение ненужности. Оттого что я не знаю, где мое место. Иногда думаю: «Хорошо. Что я хочу делать?» Первый вариант – коньки. Зарплата начинающего тренера в сборной в 40 тысяч сразу говорит: «Чувак, нет. Это несерьезно». Вот в такси можно 100-120 тысяч зарабатывать. Дальше начинаю перебирать. В итоге приходишь к тому, что много чего знаешь и умеешь. Но и в то же время применить себя - нет вариантов. 

– Кому ты хочешь быть нужным?
– Я бы хотел быть нужным определенному комьюнити, с которым у нас более–менее совпадают взгляды, понятия, примкнуть к какому-то сообществу, развиваться, расти и налаживать все сферы своей жизни.

– Как ты представлял себе конец карьеры?
– Мне хотелось иметь пассивный доход и заниматься чем-то еще.  

– У тебя сейчас его нет?
– Не-а. 

– Какие у вас призовые в коньках?
– Победа в Кубке мира - 20 000 $. Это шесть этапов. Но если ты на этапе еще выигрываешь дистанцию, то это плюс 1,5 тысячи. На чемпионате мира можно еще двадцаточку. Короче, за сезон тысяч 60-70 долларов можно было бы заработать. Но это нужно быть Кулижниковым. Это международные расценки. 

– А Юсков?
– По-разному. Тысяч 30-40 можно заработать. Пацаном я устанавливал рекорды. Когда стремился к рекорду среди взрослых, у меня была мысль: «Я впишу свое имя в историю». Ребят, это все чушь полная. Вообще, забудьте про историю. 

– Что тебе дал спорт?
– Очень хорошую дисциплину. Могу поставить задачу и двигаться к ней целеустремленно. Вот сейчас сталкиваюсь с тем, что люди на рабочих местах так любят иерархию. Если тебе чуть-чуть дают позицию повыше, то все. Плохо начинают вести по отношению к людям. Если в детском спорте начинаются какие-то успехи, говорят: звезду поймал. Я чувствую себя максимально некомфортно, когда меня пытаются представить в этом плане. 

– Что спорт у тебя забрал?
– Время. Думаю - справедливый обмен. 

***

– Какие травмы тебя беспокоят?
– Колено немножко. Я его в дальний ящик отложил. Пока кручусь, бегаю. Но в ближайшее время хочу с ним что-то сделать. 

– Как звучит травма?
– Разрыв заднего рога медиального мениска. Дегенеративные изменения были уже пару лет назад. Они присущи всем, кто занимается не физкультурой. А в этом и прошлом году пошли обострение, воспаление и жидкость. Были микротравмы: ахилл, спина. Один раз у меня стрельнуло сильно. Протрузия была – предвестник грыжи. У нас в одно время подключали сильных специалистов. Например, остеопат – итальянец. Вот очень крутой мужик. Залог успеха тренировок без травм – наличие необходимых специалистов. Хотя бы минимальный набор.

– Остеопат по умолчанию должен быть?
– Нет, пригласили. Это перед Сочи: денег было много, все готовились и в тот момент были заключены договоры. Потом они продлевались, мы долго работали. До 17-го или 18-го года. 

– Чем он крут?
– Всегда на позитиве, у него смешной английский. Он научил меня пить кофе вкусный. Я до знакомства с ним баловался капучино. После совместных сборов с ним кофе с молоком больше не пью. Пью только эспрессо.

– Какой у тебя сейчас вес?
– 76.

– А рабочий?
– 85. В одно лето было 94.

– Почему?
– Два года не ем мясо. Есть определенные фазы роста, просушки, которые ты тоже переживаешь и испытываешь.

– Это не стресс?
– Нет. Я в таком весе год.

– Вегетарианство мешает спорту?
– Блин… Ну в сегодняшнем мире, наверное, да. Но меня это привлекло нестандартностью. Есть квест пойти, посчитать еду, где сколько чего находится. На последних сборах везде приходилось докупать. Гарниры и всякую зелень я ел там, а если говорить про белковую часть, приходилось докупать. Но вообще - это сложно. Но этим можно попонтоваться как следует. Ты приходишь со всеми в столовую: «Че, там свое мясо кушаете?» Раз - достал пакетик, раз - отрезал. 

– Приходилось искать нутрициолога?
– Не-а. Надо отдать должное, что в федерации был такой человек одно время. И нам даже пытались порекомендовать принудительно. Но я от таких вещей отказывался. Мне вообще не нравится, когда мне что-то пытаются втюхать. 

– Как тренеры реагировали на твое питание?
– Есть объективные цифры на секундомере, замеры массы тела. Определенные изменения произошли, но в полной мере мы не можем оценить, смог бы я так бежать или нет. Потому что я уже закончил. И физиологически те ступени, где я находился, уже не вернуть никак.

– Когда был пик формы?
– В 25-28 лет было просто очень круто. Я только сейчас это понял. 

– У спортсмена бывают два пика?
– Думаю, да. 

– Почему у тебя не было второго пика?
– Потому что первый в дисквалификации просидел. С 18 до 22 лет. Реакция от тренера? Настороженно, как и у всех. Многие люди, которые пытаются показать свой интерес к этой теме и что-то расспросить, они, как правило, не хотят тебя слышать. Процентов 80-90 даже не слушают. Даже если задают вопросы. Есть такие: я тебя услышал или я тебя слушаю. Немножко разница есть. Так и с тренером. А что тренер может говорить? Во-первых, мой тренер Костя [Полтавец] уехал на тот момент. И я подключился к спринтерам. Их тренер взрослый мужик, я взрослый мужик. Моему сыну 11 лет. Он мне будет говорить: “Денис, кушай мясо”?

– А почему в одно лето ты был 94 кг?
– Разожрался на сборах. Польша, деревушка недалеко от Варшавы, называется Спала. Большая база. Там тяжелоатлеты, легкоатлеты тренируются. База классная, объекты классные. Но еда… Вечером - колбаса четырех видов, запеканка из макарон с йогуртом. Питательных веществ в них мало, ты жрешь много, но чувство голода приходит раньше. 

Я как сейчас помню. Это было 24 июля два года назад. Руслан Мурашов в Челябинске на сборах мне говорит: «Могу порекомендовать тебе фильм (“Земляне”), который перевернет твое сознание». Я не знал, что это документальный фильм и о чем он. Посмотрел этот фильм, позвонил маме и не мог ей объяснить, что только что увидел. У меня была истерика вообще. Так сильно перебивало и тронуло меня. 

– Ты плакал?
– Да. Когда заходим в магазин, мы не знаем, что как делается. Прежде чем это попадает сюда, какой это проходит путь. В фильме рассматривают нас как вид и рассказывают, что мы делаем с животными. Меня расстроила жестокость людей к другим живым существам. Мне обидно, что до 30 лет я ел курицу, кролика и думал, что так и должно быть. И это меня ужаснуло. Например, был бы закон, что второго ребенка должны зажарить и съесть. И если бы нас с детства этому учили, мы бы, скорее всего, так и делали. 

– «Землян» озвучивает Хоакин Феникс. В одной из своих соцсетей ты в образе Джокера. Это влияние фильма?
– Я восхищен этой картиной. Я не кинокритик: мало что понимаю. Но сама история, как она снята - это просто… До этого был культ Джокера, но я не в курсе был. Я сидел и плакал, когда у него был дикий смех. Он вызывал у меня такие чувства.

– Джокер противостоял лживому, лицемерному обществу. Твоя жизнь тоже напоминает борьбу. С кем или с чем боролся ты?
– Боролся со своим волнением, страхом и ожиданием. Самое тяжелое – бороться внутри себя с ожиданиями, особенно когда ты выигрываешь и выигрываешь. Это пипец. Я это нигде не говорил. Но это самое тяжелое, что у меня было в спорте. Объяснить себе самому, что похер на всех. Перед каждым стартом пытался себе объяснить, что никто от меня ничего не ждет, что я сам себе это все придумал. 

*** 

– Ты продолжаешь писать треки (иногда Юсков записывает музыку на студии и читает рэп)?
– Мне кажется, чтобы писать треки, у меня не то время. Последний год писал. Но сейчас нет времени. Я четыре месяца отработал в такси. И, честно, в ахере с этого всего действия. Несколько дней назад я объявил, что с карьерой все. И с такси тоже все. Я просто понял, что мне нужно остановиться и выдохнуть. Хочу пойти поучиться, выбрать направление, в котором двигаться. На ведущего, может быть. К телику хочу.

– Почему ты работал в такси?
– Я и моя девушка решили купить ресторан. Для моей девушки тема ресторанного бизнеса очень знакома. Она в этом очень хорошо разбирается. Мы еще веганы и решили продвигать эту тему. История прикольно укладывалась. Но по итогу ресторана нет. И денег тоже нет. А кредит остался. Партнер пока подводит. Очень надеюсь, что он все сделает, как должен сделать. И все, долги остались. В декабре встал вопрос продавать машину, но не хотелось. Это был бы очень легкий путь. Я просто переклеил ее в желтый цвет и вышел подработать в такси. Четыре месяца ада.  Понял, что все. Нужно остановиться и продать машину. У меня висел этот меч над головой в виде ежемесячного платежа, на который нет денег. 

Меня просто удивляет, как люди поступают так с деньгами. Мне это очень не нравится. Вот у нас в спорте нет такой темы. Я привык, что на каждого человека из команды можно положиться. В обычной жизни этого нет. В такси выполнил около тысячи заказов. Возможно, именно тебя, дорогой читатель, я тебя подвозил, открывал тебе двери в комфорте и комфорте + и угощал водичкой. Хотя это необязательно. А ты, возможно, мне один раз снизил оценку.

– Ты реально делал, как в бизнесе?
– А почему нет? Это что, не прикольно? Захотел попить, попил. Но я понял, что это никому не надо. Кто-то жалуется на меня. Ни разу ни с одним человеком не вступил в спор, максимально вежлив был. У нас подавляющая часть людей не понимает, что это такое. Они не понимают, что этого не должно быть, а ты это делаешь. 

– Какой у тебя рейтинг
– Под 5.0. 

– Какие жалобы были?
– Просил кого-то отменить заказ, например. 

– В такси можно 100-120 тысяч заработать?
– Да, если на своей. 

– Ты ради того, чтобы открыть заведение с партнером, взял кредит?
– Нет, не открыть с партнером. У него были заведения в Санкт Петербурге и одно в Москве. Вот то, что в Москве, я и купил. Сначала оно было на Павелецкой, потом перевезли в Перово.

– За сколько купил?
– 7 миллионов. Все деньги на покупку взял в кредит. 

– Ты купил, а дальше?
– Была договоренность, что через три месяца он передает бизнес в ноль. Этого не случилось. Он не передавал нам его в управление. Мы приходили туда, работали. Но по факту не заступили в полное владение. Потом еще два месяца прошло, и я сказал: «Чувак, хочу продать это». Я у него же купил и ему же продал. Все на словах.

– Почему не передавали объект?
– Они должны были все настроить и отдать.

***

– Когда у тебя депрессуха, ты пьешь?
– Если у меня депрессия, я себе не признаюсь в этом. Ну, побухать могу. Сильно выбивает. Надолго. Есть случаи, когда это актуально и необходимо. 

– Например?
– Был третий Кубок мира. А там азиатский этап. Он сдвоенный. Третий этап – в Японии, четвертый – тоже в Японии, но в другом городе. Я его и пропускал, после третьего улетал домой. Я так набухался, что не помню, как уснул, как утром оказался внизу. Мы ехали со Свеном Крамером (один из наиболее титулованных в конькобежном спорте). Нас часа два на бусике везли в аэропорт. Кстати, потом в Москве на выходе я встречаю рэпера Face. Не растерялся я, хотя меня вштырило. Еще пьяненький был. Сколько из Японии лететь с пересадками? 

– Перед Крамером не стыдно?
– Мне было стыдно, что это дошло до руководства. Мне скинули фото: я там или лежу, или сижу. На фотке ничего особенного, но я-то себя знаю. Там просто, видимо, еще что-то приписали. Мне стало стыдно, что меня кто-то сфоткал. Я даже не знал. Перед Крамером не стыдно. Хотя я его докапывал. Думаю, что он меня и сфоткал. У меня английский слабенький, но тогда я говорил отлично.

– А чего так напился?
– Хотелось перезагрузиться, выключиться. Накопилось немножко. Когда напьешься и начинаешь в себя приходить, у меня ощущение, что я что-то плохое наделал. Этот внутренний гнет душит, а потом ты хочешь быть хорошим. Все проходит и обнуляется. 

– Ты сказал Face, кто ты есть?
– Нет. Никогда не говорю, кто я. Как ты себе это представляешь? «Face, здоров! Знаешь, кто я?!» Мне по кайфу, что человек потом узнает, кто я, а я не скажу ему, кто я. Никогда не скажу, что я чемпион мира.

Трехкратный чемпион мира конькобежец Юсков завершил карьеру