Онлайн-казино в России. Зарубежный опыт и перспективы развития отечественного рынка

Что случилось

В январе заместитель директора департамента финансовой политики Минфина России Александр Христофоров в ходе совещания в Общественной палате заявил, что министерство допускает возможность легализации онлайн-казино в России.

Спустя несколько дней газета «Коммерсант» со ссылкой на собственные источники сообщила, что соответствующее предложение направлено главой Минфина президенту. Параметры легализации на данный момент следующие:

•       Для управления онлайн-казино создаётся специальный оператор;
•       Приём депозитов будет вестись через Единый ЦУПИС;
•       Налог составит «не менее» 30% от GGR;
•       Оценка Минфина по сбору налогов – около ₽100 млрд/год
•       Администрированием налога будет заниматься ЕРАИ;
•       Предполагаемый возраст для игры – 21 год.

Позже министр финансов Антон Силуанов, комментируя письмо, назвал легализацию онлайн-казино «не самым важным вопросом», в дальнейшем и по сей день первые лица страны не комментировали эту тему.

Сроки подготовки нормативно-правовой базы остаются неизвестными, но оценить иностранный опыт легализации возможно уже сейчас.

Почему важна легализация казино

Ставки на спорт, единственные по сути легализованные в России азартные игры онлайн, имеют ограниченный круг потенциальных клиентов: едва ли на спорт массово будут ставить те, кто в спорте не разбирается и за ним не следит. В Минфине тоже прекрасно это понимают: министерство ожидает от легализации сопоставимого объёма рынка с легальными букмекерами.

Причины, по которым государство всё же приняло решение о легализации, предельно ясны: сейчас 100% дохода онлайн-казино идут за рубеж, ничего не давая экономике России.

«Онлайн-казино являются одной из ведущих вертикалей мирового iGaming рынка и легализовано или встроено в регулируемую модель в большинстве развитых юрисдикций. Популярность вертикали объясняется простотой игры, коротким игровым циклом и высокой частотой сессий, а также широким ассортиментом игр и развитой персонализацией, что обеспечивает более высокий доход на одного игрока по сравнению с другими онлайн-форматами», – говорит глава аналитического отдела 4H Agency Станислава Евтодьева.

Она отмечает, что спрос на онлайн-казино сохраняется независимо от их правового статуса. При отсутствии легального предложения пользователи обращаются к нелегальному сегменту и офшорным юрисдикциям, что делает запрет неэффективным инструментом регулирования.

«В этой логике государства выбирают между монопольной и открытой моделями. Монополия позволяет обеспечить базовый контроль и механизмы ответственной игры, но слабо конкурирует с офшорным предложением, а также редко является долговременным решением в связи с развитием цифровых технологий и спросом пользователей. Открытая модель, основанная на конкуренции между лицензированными операторами, эффективнее канализирует спрос, расширяет выбор для игроков и обеспечивает более высокий фискальный эффект, исходя из признания невозможности устранения спроса на онлайн-казино», – отметила эксперт.

Где беттинг рыночный, а казино – государственное

В большинстве мировых юрисдикций легальные ставки на спорт идут рука об руку с онлайн-казино во всём их разнообразии. А случаи, где ставки на спорт предлагают частные компании, а онлайн-казино – окологосударственные структуры, можно посчитать по пальцам одной руки опытного фрезеровщика.

Из данных системы собственной базы данных 4H под названием OnlyFacts следует, что таких стран (помимо России) всего две: Польша и Австрия.

Во всех трёх юрисдикциях отрасль азартных игр развивалась по-разному.

Россия

В России деятельность не была зарегулирована до конца нулевых, благодаря чему в стране весьма успешно процветала отрасль казино, в первую очередь офлайн. С 1 июня 2009 года офлайн-казино были ограничены, был принят 244-ФЗ, регулирующий рынок. Казино остались только в специально отведённых территориях России.

В 2017 году ставки онлайн получили законодательное обоснование, что можно считать отправной точкой современной индустрии. Тогда же был введён первый в мире «налог на спорт» для букмекеров – целевые отчисления: часть своего дохода компании должны перечислять лигам и федерациям по видам спорта, на которые принимаются ставки. В 2021 году над отраслью появилась надстройка в виде Единого регулятора азартных игр, основной задачей которого является сбор и перераспределение ЦО. В 2024 году по инициативе Минспорта был создан Российский спортивный фонд, собирающий отчисления со ставок на зарубежные соревнования.

В конце 2025 года правительство России, помимо целевых отчислений, одобрило введение налога для букмекеров: начиная с 2026 года операторы платят 7% от разницы между принятыми депозитами и выплаченными выигрышами (Gross Gaming Revenue, GGR).

Польша

Регулирование азартных игр в Польше формировалось поэтапно, где отправной точкой современной системы считается 1956 год, когда была создана государственная компания Totalizator Sportowy, получившая монополию на лотереи и спортивные тотализаторы.Следующим ключевым шагом стало принятие закона от 1992 года, который ввёл лицензирование частных операторов и передал надзорные функции Министерству финансов.

Дальнейший этап связан с принятием в 2009 году нового закона об азартных играх, который существенно ужесточил регулирование, запретил онлайн-казино и установил лицензионный режим для онлайн-беттинга. Дальнейшие поправки 2017 года закрепили государственную монополию на онлайн-казино через Totalizator Sportowy, сохранили лицензируемый режим для онлайн-ставок и дополнили систему механизмами технического контроля, включая инструменты блокировки нелегальных операторов.

В 2024 году в структуре Министерства финансов был создан отдельный специализированный департамент, отвечающий исключительно за надзор за рынком азартных игр. Это подтвердило тенденцию к институциональному усилению контроля и дальнейшей централизации регулирования отрасли.

Австрия

Особенностью австрийской модели является четкое разделение компетенций между федеральным уровнем и субъектами.

До конца 1980-х годов единый режим регулирования отсутствовал – нормы были фрагментарными и распределёнными по различным административным и торговым актам. Современная архитектура появилась в 1989 году с принятием федерального закона Glücksspielgesetz, который закрепил монополию Österreichische Lotterien (Австрийских Лотерей) за сектором лотерей, и Casinos Austria за казино.

Одновременно закон 1989 года провел важное разграничение: спортивные ставки не были включены в федеральную монополию в том же смысле, что казино и лотереи. Их регулирование осталось в компетенции субъектов.

С развитием интернета в 2000-х годах на австрийском рынке появились многочисленные офшорные онлайн-казино. Отдельного закона, который прямо включил бы онлайн-казино в монопольный режим, принято не было, однако вертикаль была квалифицирована через министерство финансов. В результате онлайн-казино функционирует через федерального монополиста Österreichische Lotterien, через онлайн-платформу win2day, тогда как частные операторы не могут получить отдельную федеральную онлайн-казино лицензию.

Параллельно субъекты начали модернизировать собственное законодательство о ставках, распространяя его действие и на онлайн-беттинг. В 2010-х годах такие реформы были проведены, в частности, в Верхней Австрии, Нижней Австрии, Форарльберге, Зальцбурге и Тироле. В этих юрисдикциях онлайн-ставки регулируются через местные лицензии. Эти субъекты можно отнести к конкурентному рынку, в отличие от остальных земель, где существует монопольная модель казино и лотерей.

Онлайн-казино в ближнем зарубежье

В том или ином виде казино легализовано в большинстве юрисдикций, где разрешены ставки онлайн.

Три соседствующие с Россией страны, где онлайн-казино легально, это Белоруссия, Армения и Грузия.

Армения

С 1990-х годов казино в Армении начали открываться без специального отраслевого законодательства, что привело к практически свободному развитию рынка. Первым системным шагом стало принятие в 2004 году закона об азартных играх и казино, который установил базовые требования к наземным заведениям, ввёл лицензионный режим и закрепил регуляторные полномочия за Министерством финансов.

В последующие годы нормативная база неоднократно корректировалась – в 2013, 2014, 2018 годах и далее в 2020-е годы. Основные изменения касались прежде всего наземного сегмента: уточнялись требования к размещению наземных заведений, определялись возрастные ограничения, игровые зоны и налоговая нагрузка. Фактический контроль за онлайн-сегментом на протяжении долгого времени оставался ограниченным и устаревшим. Иностранные и офшорные сайты продолжали работать с армянскими игроками, а механизмы технического мониторинга и блокировки отсутствовали или применялись выборочно.

В 2024 году была инициирована комплексная реформа регулирования, направленная на систематизацию отрасли и формирование более чёткой модели лицензирования и надзора. Обновленный подход усилил требования к операторам, финализировал лицензионный режим для онлайн-сектора, уточнил процедуры допуска на рынок и расширил инструменты государственного контроля. По своей структуре новая модель во многом ориентирована на региональные примеры, включая грузинскую систему регулирования.

Белоруссия

В конце 2000-х годов в Белоруссии была сформирована системная модель регулирования сектора азартных игр через указы Президента и постановления Совета Министров. Лицензирование и контроль были закреплены за Министерством по налогам и сборам, которое и сейчас остается единым регулятором отрасли.

Ключевым моментом стало принятие Указа Президента № 305 от 7 августа 2018 года, который создал комплексную правовую базу и легализовал онлайн-гемблинг. С 1 апреля 2019 года онлайн-казино и онлайн-беттинг официально разрешены при условии получения лицензии и обязательного подключения к специальной компьютерной кассовой системе, обеспечивающей контроль оборотов.

6 июня 2025 года был принят Указ Президента № 226 «О деятельности в сфере игорного бизнеса», который утвердил новые лицензионные условия: он вступит в силу 11 марта 2026 года, с переходным периодом до 1 июля 2027 года. С 1 января 2026 года также были повышены налоги – основной налог с 10% до 12%, плюс подоходный налог с выигрышей – с 4% до 5%. 

Грузия

Системная модель регулирования в Грузии начала формироваться в 2000-е годы. Ключевым этапом стало принятие закона о лицензиях и разрешениях в 2005 году, который установил прозрачный лицензионный режим для казино, игровых автоматов, тотализаторов и букмекерской деятельности, а регулятором закрепил Службу Доходов при Министерстве финансов Грузии.

Онлайн-лицензии в Грузии появились почти с самого начала, но долгое время не были самостоятельными. Онлайн-казино могли оперировать только наземные казино-лицензиаты, онлайн-слоты были закреплены за операторами залов игровых автоматов, а онлайн-беттинг – за наземными букмекерами. То есть онлайн сегмент юридически «привязывался» к наземному бизнесу и не воспринимался как полноценная вертикаль. Такая модель позволила Грузии быстро нарастить рынок в 2010-е годы, но одновременно усилила концентрацию сектора вокруг крупных операторов.

С 2022 года начался этап ужесточения: введены ограничения рекламы, повышен возраст участия для граждан Грузии до 25 лет, усилены требования по защите игроков и маркетингу. Реформа 2024 года финализировала структуру допуска к рынку: онлайн-лицензии стали автономными (включая онлайн-казино), однако для онлайн-беттинга по-прежнему сохраняется требование наличия лицензированных наземных букмекерских пунктов.

В более широком контексте онлайн-казино регулируются в открытом формате почти во всех развитых рынках с высоким уровнем проникновения iGaming, включая большую часть Европы: Великобритания, Румыния, Германия, Швеция – а также страны Латинской Америки и Азии.

Практика этих рынков показывает, что частное лицензирование онлайн-казино даёт наибольшие системные преимущества. Для государства это более высокий и устойчивый фискальный эффект, распределение регуляторных рисков и реальное снижение доли офшорного сегмента. Для рынка – приток инвестиций, развитие локальной экосистемы и конкуренция, стимулирующая качество продукта. Для игроков – больший выбор, более прозрачные условия и более высокая вероятность оставаться в легальном поле. В совокупности открытая модель лучше соответствует реальному поведению игроков и экономической природе онлайн-казино.

Перспективы российского рынка

CEO юридической компании 4H Agency Илья Мачавариани считает, что легализация онлайн-казино в России в краткосрочной перспективе маловероятна. По его мнению, для этого есть две существенные предпосылки.

Во-первых, действующая модель регулирования не предусматривает механизмов контроля и технической инфраструктуры, необходимых не только для функционирования, но и для запуска рынка онлайн-казино. В частности, в данный момент отсутствуют комплексное регулирование деятельности B2B провайдеров, платформ онлайн-казино, а также единые требования к сертификации и пониманию технических характеристик продукта.

Во-вторых, текущее законодательство в сфере азартных игр России носит «фрагментированный характер».

«Регуляторный ландшафт формировался на протяжении длительного времени и исторически ориентирован на наземные форматы. Используемая терминология, понятийный аппарат и правовые инструменты в значительной степени адаптированы под букмекерскую деятельность и не позволяют оперативно внедрить модель онлайн-казино», – считает Илья Мачавариани.

«Для успешной легализации онлайн-казино в России видится логичным полный пересмотр нынешней законодательной базы. Нужен абсолютно новый, единый закон, обновленный и решающий все проблемы старого», – уверен эксперт.

Таким образом, даже при потенциальной легализации онлайн-казино в России в среднесрочной перспективе наиболее реалистичным вариантом остается запуск жестко контролируемой государственной монополии, способной заложить базовую регуляторную и техническую инфраструктуру рынка. Полноценное развитие сегмента возможно лишь на последующих этапах при глубокой реформе действующего законодательства, отмечает Мачавариани.

На данный момент не опубликован ни один документ, так или иначе регламентирующий российскую отрасль iGaming. А значит, степень неопределённости высока и регулирование онлайн-казино может оказаться фрагментированным.