«Он больной на голову и дышит как собака». Абус Магомедов про Шона Стрикленда, советы Хабиба и возвращение в Дагестан спустя 18 лет

- Недавно вы приехали в Дагестан впервые за 18 лет. Какие впечатления?

- Я очень сильно хотел вернуться домой в первые пару лет после переезда в Германию. Отец чуть было не отправил меня в спортинтернат. Уже договорились, но потом что-то его удержало, я остался с ним. Каждый год хотел попасть домой, потому вырос там, а в Германии меня ничего не держало, не было друзей, я не знал языка. Со временем выучил язык и сейчас уже не представляю жизнь в другом месте. Два месяца пробыл в Америке, и уже тянет домой. Там семья.

В Дагестане мне понравилось. Не был 18 лет, но меня приняли, как короля. Куда бы ни пошел, везде накрывали столы.

- Вы переехали в Германию в 15 лет уже с базой борьбы?

- Да. В пятом классе мы переехали в Хасавьюртовский район, а это родина борьбы. Других секций там не было. Отец записал в борцовский зал. Ходил туда до девятого класса, когда мы переехали в Германию.

- Ребята в Германии не дотягивали до вашего уровня?

- Первые полгода я даже не знал, что в Германии есть борьба. Занимаясь дома, я никогда не слышал, чтобы немец выиграл какую-то медаль. Считалось, что если нашему попадается кто-то из Германии, то это проходная схватка. Как-то мы сидели с знакомым на остановке и случайно заметили плакат, где один борец бросает другого. Я сразу забрал этот плакат, дома его перевели. В Германии есть Бундеслига – командный чемпионат, как в футболе, но только по борьбе. Схватки проходят каждую субботу на протяжении трех месяцев с сентября. Посмотрел турнир, и у меня загорела душа: «Офигеть! Оказывается здесь тоже так!». На следующей неделе пришли в зал. Мне дали призера Германии по мужикам и сказали: «Давай, поборись с ним, посмотрим». А я восемь-девять месяцев не боролся и такой дикий был – сразу сделал проход и жестко его воткнул. Потом тренер пришел с огромной стопкой бумаг: «Подпиши тут, подпиши здесь и здесь». Дали форму, борцовки, сумку. Думаю: «Офигеть! В первый раз жизни мне что-то просто так дают! В Дагестане нужно три года бороться и выиграть чемпионат, чтобы тебе дали трико». Тут за две минуты получил полную сумку шмоток. С тех пор борюсь в этом зале. Походу, я подписал контракт на всю жизнь.

Два раза в неделю была борьба, но и то – первый час играешь в футбол, потом разминка без приемов и сразу борешься. Понял, что надо что-то делать – с такими тренировками лучше пойти работать. Начал заниматься боксом, провел боев 20. Затем перешел в кикбоксинг и параллельно занимался борьбой. К нам в зал по борьбе приходили бойцы ММА. После тренировок я им что-то объяснял по борьбе, иногда они просили проводить спарринги. Я занимался боксом и кибоксингом, поэтому чем-то новым для меня оказался только грэпплинг. Они могли меня засабмитить на проходе, потому что я не знал, как выбираться из приемов. В зал приходили ребята из топ-5 Германии в моем весе, а я их просто избивал. Меня на протяжении полугоду уговаривали: «Абус, тебе надо заниматься ММА. Просто потренируйся, не понравится – оставишь». Но у меня мама не сильно хорошо к этому относилась. Я после кибоксинга приходил с царапинами, а если скажу, что буду заниматься ММА, она меня вообще выгонит. Но потом она меня поняла, и я начал заниматься. Через три месяца провел первый бой, меня это дело затянуло.

- За дебютный бой в UFC вы получили бонус 50 тысяч долларов. На сколько хватит этих денег в Европе?

- Нужно понимать, что в карман попадают не 50 тысяч. Ты отдаешь менеджеру и залу, плюс страна, где ты дрался, удерживает налог. Но на оставшиеся деньги в Германии можно жить полгода и не париться. Вообще, в Германии невозможно не работать. Говорят, что есть социальная помощь, что помогает город, но это удобно для человека, который только приехал в Германию. У человек, который живет там 15 лет, совсем другие расходы.

- У вас были какие-то пункты, которые нужно обязательно закрыть, а бонус в этом помог?

- Я готовился к бою дома в Дюссельдорфе. Глобальных затрат не было, как и долгов. Я никогда не беру в долг. Даже если взял, то не могу нормально спать, пока не закрою. Когда сорвались два боя, в UFC предлагали 20 тысяч долларов, которые потом удержат с гонорара. Думаю: «Нахрен мне это надо?». Понимаю, если бы они просто дали 20-ку, потому что бой сорвался, а у меня были расходы на подготовку. Мы же не зарабатываем по полмиллиона, чтобы так легко это воспринимать.

- Вы будете драться с Кайо Борральо, который до этого побеждал Петросяна, Омаргаджиева и Мурадова. Петросян дерется с вами в одном карде. Вы не обсуждали с ним бой?

- После тренировки у лифта встретились с Петросяном и его командой. Но мы оба убитые, оба гоняем вес. Особо не до общухи было.

- Что можете сказать про Борральо в нескольких словах?

- Он неудобный, левша. Может бороться и хорошо двигается на ногах. Не самое плохое кардио. Думаю, это будет нелегкий трудовой бой. Настроен на все три раунда. Скорее всего, он постарается бороться, но борьба есть, это не проблема.

- В прошлом бою вы проиграли Шону Стрикленду. Все отметили, что первый раунд вы выиграли, но во втором устали. Что произошло?

- Я уже в первом раунде был уставшим. Когда выходил на бой, чувствовал что что-то не то. Но даже в таком состоянии смог забрать раунд. В середине первого, когда повалил его, поймал себя на мысли, что руки стали очень тяжелыми. Не может быть, чтобы человек забился после первого прохода. Я ранее упоминал, что перетренировался и слишком хотел победить. Причем тренировался неправильно. Организм сел и не слушался.

- Говорят, что Стрикленд очень неудобный. Вы это ощутили в бою?

- Да. Когда смотришь его бои, ощущение, что он не может нормально двоечку ударить, какой-то колхозный. Но работает эффективно. Просто нужна правильная команда, которая будет подбирать правильных спарринг-партнеров. Которая знает, когда нужно отдохнуть, а когда газануть. В Германии я как самоучка – чувствую себя плохо, не иду. Хорошо – иду. Не было спарринг-партнеров. В Германии любительский уровень ММА. Нужно тренироваться в серьезной команде, если хочешь выступать успешно.

- Стрикленд в следующем бою победил Адесанью и стал чемпионом. У вас не было мыслей, что на его месте могли оказаться вы?

- Я не думаю, что мне бы дали титульный бой в случае победы. Стрикленду дали, потому что он уже много лет в топе. Плюс нужен был человек, который выйдет за пять недель. Мы с ним дрались в июле, а титульный бой был уже в сентябре. Подраться смог бы только пробитый и больной на голову человек – такой, как Стрикленд.

- Больной, потому что может выдерживать ущерба больше остальных бойцов?

- Да. У него же еще такая история – до 14 лет жил  отчимом, который бухал и избивал его через день. Плюс у него недавно была авария на мотоцикле, он попал в кому, после чего стал другим бойцом. Даже если посмотреть бои до аварии и после, он как будто набрался чего-то неземного в коме. Одним словом – терпила, может терпеть любой урон. Его надо или сабмитить, или отправлять в нокаут, как сделал Перейра.

- Похоже, что Хамзат Чимаев – следующий претендент на титул. Что Стрикленд может ему противопоставить?

- Если Чимаев не засабмитит его в первом-втором раунде, то Хамзату будет очень тяжело. Стрикленд дышит как собака. Его можно избивать два раунда, а в третьем он восстанет из пепла. Это такой терпила. Он чутка больной на голову, мне кажется. По-любому там не все в порядке.

- В 2019 году вы выложили фото с Джоном Джонсом с геолокацией в Дюссельдорфе. Как вы оказались в одном зале?

- В Кельне каждый год на протяжении пяти дней проходит спортивная выставка. Ее посещают два-три миллиона людей со всего мира. Джон Джонс был там и искал зал, где потренироваться. Ему посоветовали прийти к нам. Но с нами он не тренировался – работал со своим тренером. В конце мы все равно вытянули его побороться до балла. Один боролся, второй пытался повалить. Такие ха-ха были.

- 17 августа 2018 года вы выложили фото с Хабибом после боя с Андерсоном Гонсалвесом. Хабиб бы у вас в углу?

- Это был турнир PFL, где дрались пять наших бойцов, включая Абубакара Нурмагомедова. Хабиб был в углу у каждого, и все победили. В Америке обычно оплачивают бойца и одного тренера. Если у тебя хорошие гонорары, то можно купить экстрабилет для тренера, но поначалу серьезных заработков нет. Поэтому за границей всегда берем кого-то в угол, если есть возможность. В тот день Хабиб был на турнире и поддержал всех.

- Ислам Махачев говорил, что большая разница драться с Хабибом в углу и без. Вы почувствовали, что с подсказками Хабиба легче?

- Я подрался, по-моему, всего минуту в стойке. Подсказок с его стороны особо не было. Но помню момент: когда выходил в клетку, Хабиб сказал рассмотреть каждый уголок, чтобы почувствовать дистанцию. Со временем я понял, к чему это было. Нужно понять пространство, где ты находишься. В этот день я прочувствовал дистанцию и поймал соперника на хук. Думаю, если потренироваться с Хабибом и несколько раз выйти с ним как угловым, это будет только плюс. Но этого уже не будет, так как Хабиб завязал.