Никита Камалов: Желаю каждому пройти через систему «Северстали»

«Желаю каждому пройти через систему «Северстали», через эту игру, и попробовать себя в ней»

— Как себя чувствуете?
— Спустя неделю после последнего матча в серии — уже хорошо. А до этого было не очень. Это мягко говоря.

— Что в голове переваривалось за эту неделю?
— Все. От начала всего сезона и непосредственно игр в плей-офф — что получилось и не получилось, какие причины поражения, что нужно сделать, чтобы этого больше не повторилось, чтобы в следующий раз не вылететь в первом раунде.

— В прошлом интервью вы рассказывали, что у вас очень хорошо срабатывает переключатель с работы на семью. То, что вы оставляете рабочие моменты на льду и в раздевалке, а дома вы — муж и отец. После поражения в плей-офф эта штука остается?
— Нет. Поражение в плей-офф — это единственный момент, когда подобное не срабатывает. Дома понимают все, в следующие три дня после вылета особо не трогают. Родные дают мне время, чтобы отойти. Сейчас все хорошо. Я уже муж и папа. Делаю все семейные дела, которые в сезоне где-то не успевал из-за графика.

— У вас рекордный регулярный чемпионат в плане набранных баллов. За счет чего добавили в результативности?
— Это совокупность многих факторов. Команда играет в другой хоккей — в атакующий. Плюс доверие тренерского штаба и помощь партнеров, игра в большинстве. Когда ты играешь больше половины сезона в численном преимуществе, то очки, скажем так, «прилипнут». Можно и шайбу забить, и передачу отдать.

— Как восприняли то, что начали в «Северстали» стабильно играть в большинстве?
— Я принимаю это как приятный бонус. Понятно, что это другая зона ответственности. Но очень круто, когда ты выходишь в большинстве и от тебя многое зависит. Тем более, у нас такой план был, что от меня зависели все броски, мне нужно было довести шайбу до ворот, а ребята уже дальше «копали» на пятаке.

— То есть, ваши постоянные сильные броски от синей — это не импровизация, а требование, шедшее от тренерского штаба?
— Да, это все было обговорено и натренировано.

— Что вы нового для себя открыли за этот год в «Северстали»?
— Все новое было абсолютно: от мелких до глобальных значений. Совсем по-другому начинаешь смотреть на хоккей. Это огромный опыт. Желаю каждому пройти через эту систему, через эту игру, и попробовать себя в ней.

— А можете привести пример, что конкретно нового для себя открыли?
— То, что ты с шайбой практически не передвигаешься по площадке. Ты играешь постоянно в отдал-открылся. У тебя всегда есть передача и кому отдать шайбу - свободные партнеры. Кругозор открывается. Ты должен знать, где партнеры и где находишься ты, чтобы не «виснуть». Это очень круто.

«Ожидания от перехода в «Северсталь» у меня совпали, меня все устроило. Думаю, что команду тоже. Но ложка дегтя — это результат в плей-офф. Он все краски сбил»

— У вас ожидания от перехода в «Северсталь» совпали с реальностью?
— Все ожидания у меня совпали, меня все устроило. Думаю, что команду тоже. Но ложка дегтя — это результат в плей-офф. Он все краски сбил. Поэтому двоякие чувства сейчас.

— Третье место в регулярном чемпионате у «Северстали». Ваша команда — не самая богатая организация, но место в первом этапе высокое. Какие вы видите причины и факторы успешного прохождения регулярки?
— Это наша система и игра, от которой мы не отходили. Вне зависимости от соперника. Мы доказали, что со всеми можем играть и всех обыгрывать. Но это регулярный чемпионат. Третье место на Западе по итогам первого этапа — это здорово, но за это тебе ничего не полагается.

— Насколько необычно было, что практически все команды лиги играли с «Северсталью» от обороны?
— Я к этому спокойно относился и не обращал внимания. Нужно было следить за своей игрой. Перед нами всегда стояла задача, что мы играем от себя, а не от соперника, делая то, что от нас полагается, а противник уже играет так, как может.

— Что в таком случае делать с контратаками?
— Не терять шайбу на входе в зону — тогда не будет контратак. Все просто. Мы не первые это придумали. Нужно минимизировать потери шайбы и тогда не будет контратак в свою сторону.

— Запомнился в регулярном чемпионате ваш прием на нападающем минского «Динамо» Виталии Пинчуке, когда вы его увели на скамейку своей команды. Как это восприняли?
— Уже на это не обращаю внимания. Получился хороший силовой прием — это здорово. В «Северстали» вдвойне приятно, когда хорошие силовые проходят.

— «Северсталь» была очень эффективной до января. Ваша команда очень мало пропускала, практически не давала сравнять сопернику счет, если вела по ходу встречи. С января было уже много матчей, когда вели в счете, но давали противнику отыграться. Что произошло с командой? Или вы такой разницы не увидели?
— Разница была заметна. И была заметна невооруженным глазом. Потери преимущества на последних минутах — это не только после января, но и по ходу сезона эта проблема была. Может быть, так в глаза не бросалось, потому что мы доводили дело до побед, но это было. И это аукнулось нам в плей-офф. Что повлияло на это? Тяжелый вопрос, на который сейчас не могу дать ответ. Что-то нас подстегнуло, что мы потеряли свою игру.

«Пропуск матчей в плей-офф — это самое худшее, что может быть. Когда ты играешь, то ты так не переживаешь и не нервничаешь, тебя не бросает семь раз за период то в холод, то в жар. Ты места себе не находишь в такие моменты. Ходишь по трибуне, как дурак»

— Что не получилось в серии с «Торпедо»?
— Думаю, было видно, что мы не реализовали уйму моментов с «Торпедо». Реализации и где-то хладнокровия в конце нам не хватало, а где-то просто не фартило. Наверное, все от этого шло.

— Четвертая игра серии — ключевая?
— Наверное, да. Однако мы дома в пятой игре за первые десять минут могли забивать три гола точно, но пропустили в итоге две в свои за минуту. Вот и вся разница.

— Вы нашли этому объяснение?
— Ну а как это объяснить? Это нехватка хладнокровия и мастерства, когда ты в конце должен решать, когда у тебя есть моменты, но ты не забиваешь. Как описать, когда у тебя голевой момент, а ты не можешь забить? Тяжело это иначе объяснить.

— Я прекрасно понимаю, что послужило причиной вашего удаления в первом матче серии с «Торпедо». Вы заступились за партнера по команде. Вам судьи этот момент объяснили?
— Я пытался это узнать у главного судьи, но в ответ был послан в игнор. Мне ни слова не сказали. Ни во время удаления, ни в перерыве. Для меня это до сих пор загадка. Если там в углу позволяли делать грязь, то почему тогда не судили до конца? В этом моменте не дали, а рядом сразу же дали удаление. Мое сугубо личное мнение, что в таких моментах либо обоюдное нужно давать, либо никому ничего не давать. Я же не просто так поехал на человека. Я заступался за партнера по команде.

— Можно сказать, что в этом плей-офф вам приходилось больше контролировать свои эмоции, чем в прошлом году, когда вы играли за «Металлург»?
— Сто процентов. Максимально приходилось контролировать свои эмоции.

— Из-за соперника или тренерская установка?
— Я после того удаления в первой игре сел на два матча. Какие у меня могут быть еще выводы? Выйдя на четвертый матч серии, мне нужно было погасить в себе эмоции в плане их выплеска. Нужно было минимизировать свои стычки. Когда захлестывало меня, то нужно было отъехать, скажем так.

— Насколько было тяжело смотреть два матча со стороны?
— Это самое худшее, что может быть. Когда ты играешь, то ты так не переживаешь и не нервничаешь, тебя не бросает семь раз за период то в холод, то в жар. Ты места себе не находишь в такие моменты. Ходишь по трибуне, как дурак. Очень тяжело. Как в клетке в зоопарке себя чувствуешь.

— В пятой игре серии в третьем периоде пошла установка от тренерского штаба активно играть в тело?
— Да. Нам уже терять нечего было. Нужно было хоть как-то доставлять шайбу в зону соперника. Да и касательно силовых приемов у прессы какая-то тема с ними. Весь сезон спрашивали про штрафы за силовые приемы в «Северстали». Но нам никто их не запрещал и штрафов никаких нет! Просто нужно это делать правильно и с головой. Нет табу на силовые приемы.

— Я прекрасно понимаю про силовые приемы в «Северстали», но этот вопрос задал с позиции того, насколько это помогло завестись в тот момент? Вы ведь могли перевернуть встречу.
— Вернемся ко второй игре. Она была кость в кость. Были и стычки, и силовые, и куча всего. Мы тогда одержали победу. Потом мы почему-то отошли от этого.

«У тебя одна цель — это Кубок. Всегда и везде. Даже те, кто не попадает в плей-офф, все равно изначально выходят, чтобы победить. Другого нет»

— Активное начало матчей — сознательная тактика от «Северстали»? Тяжело распределять силы на всю игру?
— Да, это сознательная тактика. Но это не только на начало игры, а весь матч мы должны так действовать, а не только первые десять минут. Нет такого, что после десяти минут звонит будильник, и мы такие: «О, сейчас отдохнем». Мы должны играть так 60 минут. По поводу распределения сил, то мы тренируемся в таком режиме. У нас все отработано уже.

— Этот вылет в первом раунде был сравним с прошлыми?
— В плане эмоций тяжелее было. У меня копились эмоции, во мне все бурлило в течение серии, но это все копилось во мне. И когда мы вылетели, то это все еще больше попадает. А в общем плане вылет в первом раунде всегда неприятен. Понятное дело, что можно вообще в плей-офф не попасть. Но все мы выходим, чтобы побеждать - любой ценой и в любой команде. И у тебя одна цель — это Кубок. Всегда и везде. Даже те, кто не попадает в плей-офф, все равно изначально выходят, чтобы победить. Другого нет. Поэтому это всегда обидно.

— После поражения от СКА вы рассказывали, что на оставшиеся матчи в регулярном чемпионате нужно выходить, как на плей-офф. Тогда спросил и про фактор домашней площадки в первом раунде. Вы провели сезон в команде, которая не проходила первый раунд два года до этого. Можно сказать, что со стороны те вылеты стояли у организации, как ком в горле?
— Об этом никто не говорит вслух, но все это понимают прекрасно. Вот так было. Витало в воздухе напряжение, но все старались не упоминать об этом, не особо придавали этому значение. Когда проиграли, то там уже чего только не было.

— Касательно вашего будущего. Когда вы будете готовы рассматривать предложения?
— Я готов к разговорам. Тем более, когда уже сезон для меня окончен. Мы с агентом на связи. Ждем предложений и готовы их рассматривать. Это все, что я сейчас могу сказать. До конца мая буду находиться в Череповце и тренироваться. А там уже время покажет, как будет.