«Неважно, что говорят другие. «Спартак» — главный претендент на чемпионство». Интервью с Александером Джику

— Осенью была длинная международная пауза. Успели соскучиться по «Спартаку» и России?
— Да, конечно. Это был действительно долгий перерыв — почти месяц. Рад был вернуться в команду и продолжить наш путь к цели. Сейчас у нас хорошее положение в таблице, будем вместе двигаться вперед и побеждать.

— Вы сыграли за сборную Ганы в квалификации Кубка Африки, впервые стали ее капитаном в официальном матче. Было волнительно?

— Капитанская повязка в сборной — большая честь и результат тяжелой каждодневной работы. Горжусь, что стал капитаном сборной. Это потрясающее чувство, оно меня сильно мотивирует и вдохновляет. Но результат матча, к сожалению, не лучший. К тому же я еще получил небольшое повреждение. Мы должны исправить ситуацию в следующий раз.

— Это был ваш первый матч за сборную после пропущенного ЧМ. Уже отпустили ту ситуацию?
— Отпустил, но для меня это стало большим разочарованием, конечно. Мы хорошо прошли квалификацию, отдали все ради выхода на чемпионат мира. Но это футбол — травма может случиться в любой момент, ты должен это принять. Я верю в Бога, поэтому считаю, что у всего есть свои причины. В первое время это было тяжело осознавать. Но потом я понял, что нужно продолжать двигаться вперед.

— Травму вы получили в финале Кубка России. Получается, расплатились за победу в Кубке пропуском ЧМ?
— Честно говоря, я держал эту мысль в голове. Этот титул принес мне много эмоций, мы праздновали победу всей семьей, наслаждались моментом. Так что в каком-то смысле победа в Кубке стоила мне участия на ЧМ. Значит, так и должно было произойти — не жалею, что вышел в том матче и помог команде завоевать трофей.

— Такая длинная пауза не навредит «Спартаку»? Казалось, что команда набрала ход, а потом наступил большой перерыв.
— Согласен, международная пауза — большой минус для «Спартака», потому что до нее у нас был отличный отрезок. Мы выиграли два матча подряд, забили четыре гола и ни одного не пропустили. Команда была в очень хорошем настроении. Но ничего не поделать. Теперь самое сложное — снова войти в этот ритм. Мы хорошо поработали после матчей сборных, сделаем все возможное, чтобы продолжить победную серию.

— Понятно, что цель «Спартака» — чемпионство. Вы главные претенденты на трофей в этом году?
— Конечно. В начале сезона перед нами стояла большая цель — выиграть как можно больше матчей, стать чемпионами. Сейчас таблица очень плотная, в первой пятерке отрыв совсем маленький. Поэтому период до зимней паузы — важнейший. Мы сыграем с прямыми конкурентами, так что нужно сконцентрироваться, много работать и показывать тот же футбол, что и в последних матчах. Сейчас в команде правильная, чемпионская атмосфера — надо ее сохранить.

— В чем преимущество «Спартака» перед «Краснодаром», «Зенитом» и другими?
— В том, как мы играем. Мы любим владеть мячом и создавать моменты. Тренер каждый раз привносит в нашу команду много нового. Не буду раскрывать все карты, но мы можем и будем удивлять соперников. Они сами покажут, насколько с нами сложно и какие мы можем создавать проблемы. У нас есть все, чтобы быть выше них в таблице: отличный состав, все футболисты — игроки топ-уровня.

— Защитник «Зенита» Игорь Дивеев сказал, что «Спартак» не является конкурентом в борьбе за чемпионство и что команда зависит только от Барко. Что можете ему ответить?
— У каждого человека есть свое мнение, это не проблема. Конечно, Барко для нас очень важный футболист. Мы рады, что Барко с нами — он обязательно сделает свое дело. Но без него мы не можем выиграть матч? Это не так. К тому же ты не знаешь, когда получишь травму. Что угодно может произойти, поэтому мы не должны зависеть от одного игрока. У нас сильный состав и много футболистов, способных заменить травмированных. Когда у тебя хороший командный дух и все сражаются друг за друга, результат обязательно придет. У нас именно такой менталитет.

— Никак не задевает, когда соперники говорят, что «Спартак» не является для них конкурентом?
— Неважно, что говорят другие. Для меня лучший ответ — победа. Мы уже обыграли «Зенит» в чемпионате и с удовольствием сделаем это еще раз. Знаю, что в РПЛ футболисты любят провоцировать, «поджигать» комментариями. Так делает и другой игрок «Зенита» — Соболев. Но мы должны отвечать не словами, а делом на поле. Поэтому для меня победа над «Зенитом» — главный ответ. Эти слова меня никак не задевают, для меня это будет дополнительной мотивацией. Недавно меня еще спросили про слова какого-то тренера, который меня критиковал…

— Слуцкий?
— Наверное, да. Я не знаю, кто это, но это его мнение. Не проблема. Это же не мой тренер. Если я не нравлюсь кому-то другому — ну и пусть. В футболе невозможно нравиться всем. Не получится быть игроком, которого любят абсолютно все. Так и с командой.

— Вы упомянули Соболева. Для «Спартака» он главный раздражитель в «Зените»? В команде его называют предателем?
— Никто о нем ничего не говорит и плохо не отзывается. Для меня Соболев — обычный игрок «Зенита», соперник. Я мало что знаю про историю с его переходом в «Зенит» — что-то слышал, но без подробностей.

— «Спартак» — «Зенит» — главный матч в российском футболе?
— Сто процентов. Это точно одно из главных противостояний в российском футболе, особенно если говорить о трофеях. Можно сравнивать клубы по количеству трофеев, и мы выиграли больше них. Это большая игра, всегда очень интересно к ней готовиться.

— Кого вы считаете главным конкурентом «Спартака» в этом сезоне?
— Наиболее цельной командой чемпионата я считаю «Краснодар». Последние два года они это доказывают, постоянно находятся наверху таблицы. Поэтому для меня эта команда немного лучше «Зенита». Думаю, это наш главный конкурент. К сожалению, мы потеряли очки в матче с ними, хотя могли сыграть вничью. Сделаем все, чтобы исправиться во втором круге.

— Вернемся к Барко — он продлил контракт до 2030 года. Что это значит для команды?
— Это хорошая новость для всех. Мне кажется, нет ни одного человека, который был бы не рад тому, что Барко остается. Мы все очень рады, что он подписал новый контракт. Барко — важнейший игрок для «Спартака», он именно тот, на кого хочется равняться.

— А с вашим контрактом что? Осталось полгода — уже обсуждается продление?
— Пока никаких разговоров не было, я жду. Для меня самое важное сейчас — играть, выигрывать как можно больше матчей. Потом посмотрим, что произойдет. Мне хочется не просто быть в «Спартаке», но и реально помочь команде выиграть трофеи. Один мы уже взяли, сейчас идем за другими.

— Хочется оставить след в истории клуба?
— Да, именно. Когда я подписываю контракт с каким- то клубом, мне хочется остаться там как можно дольше, а не переезжать каждый год. В «Спартаке» я чувствую себя прекрасно, моей семье нравится в России. У «Спартака» великая история, это лучший клуб страны. Конечно, мне хочется вписать свое имя в историю клуба, быть причастным к большим победам. Хочется, чтобы фанаты меня запомнили. Буду делать все возможное, чтобы остаться здесь. Но в итоге все зависит не только от меня, но и от тренера, руководства и так далее.

 — Во Франции болельщики называли вас генералом из-за лидерских качеств, ваши партнеры по команде это тоже отмечают. В кубковом матче вы уже были капитаном «Спартака» — готовы стать им на полноценной основе?
— Конечно. Мне нравится брать на себя ответственность. Кроме того, я уже в том возрасте, когда ты многое видел, набрался опыта. Я знаю, как общаться с молодыми, как мотивировать команду не только в раздевалке, но и на поле. Но у каждого есть своя роль. Если тренер посчитает нужным доверить мне этот статус, я с радостью его приму.

«Помню, что привез несколько пенальти, но я не считаю свой первый сезон в «Спартаке» провальным»

— В «Спартаке» вы уже чуть больше года. В последнее время вас часто критикуют в медиа — тренеры, эксперты, бывшие футболисты. Обращаете на это внимание?
— Не читаю прессу, но критика — часть футбола. После ошибок, которые может совершить любой футболист, обязательно появляется критика. Нужно высоко держать свою голову, становиться лучше и стараться не повторять этих ошибок.

— Критику воспринимаете только от тренера или есть еще люди, которых можете выслушать?

— Мнение тренера, конечно, самое главное — он решает, выйдешь ты в стартовом составе или будешь сидеть на скамейке. Нужно доказывать тренеру, что ты достоин играть как можно больше. А так, мой главный критик — я сам.

— Анализируете свои матчи?

— Да. Мы с моим братом, который также является моим агентом, в приложении Wyscout смотрим все наши матчи и отдельные эпизоды с моими действиями. Еще мы анализируем соперников, особенно нападающих и вингеров, чтобы понимать, как они играют и в какой форме находятся. Все это помогает мне совершенствоваться. Полезно проверять себя и анализировать свои ошибки. Так ты поймешь, как можешь исправиться.

— Согласны, что в прошлом сезоне совершали слишком много ошибок? По данным РУСТАТ, количество грубых ошибок — 21, голевых — 9.

— Это был мой первый сезон в России, начался он хорошо. Помню первую игру против «Динамо» — мы сыграли 2:2, я провел хороший матч. Старт мне в целом удался. Во время паузы клуб сменил тренера, команда перестраивались. Не все шло гладко, но у нас были победные серии, в итоге мы смогли финишировать на четвертом месте в РПЛ и завоевать Кубок. Так что я не считаю свой первый сезон провальным. Да, всегда можно лучше, ошибки были. Я помню, что привез несколько пенальти. Но это именно то, что я могу улучшить. В этом году я хочу стать лучше, каждый день работаю над этим.

— Какой матч считаете своим худшим в «Спартаке»?

— Наверное, домашний матч против «Ростова» в прошлом сезоне (12-й тур РПЛ, 1:1, — прим. «РБ Спорт»). Примерно через 20 минут после начала матча я получил красную карточку, и после этого команде стало очень тяжело. Мы пропустили в меньшинстве, могли проиграть. Но Барко забил, и мы сыграли вничью. Думаю, если бы я остался на поле, мы могли бы выиграть этот матч.

— В этом сезоне чувствуете себя увереннее?
— Да, конечно. Нужно было адаптироваться к команде, к чемпионату. Я приехал в сентябре, не проходил предсезонную подготовку. «Спартак» на тот момент уже сыграл семь или восемь матчей. Но это часть футбола — когда клуб тебя покупает, он рассчитывает, что ты сразу будешь готов играть. Помню, что я приехал в среду или в четверг, и тренер сказал мне, что я должен быть готов уже к субботе. Я всего два дня тренировался с Кристофером Ву, а потом мы сразу вышли вместе на поле. И все получилось.

— Еще немного по поводу анализа своих матчей. Вы сами считаете свои ошибки? Нет такого, что можно утонуть в цифрах и разочароваться в себе?

— Не считаю их целенаправленно. Просто смотрю свои моменты с грубыми ошибками, пытаюсь понять, как исправить это. Для меня самое плохое — заработать пенальти в свои ворота. Если у тебя есть игрок, которого ты должен держать при стандартах, ты обязан правильно его контролировать. Мне нужно совершенствоваться в этом аспекте.

— На что еще обращаете внимание во время самоанализа?

— Нравится сравнивать нас с соперником по xG, показателю ожидаемых голов. Например, в последних двух играх до перерыва, против «Факела» и «Ростова», мы почти ничего не позволили создать соперникам. Это хороший признак. Ты чувствуешь себя лучше и увереннее, когда у твоего вратаря практически нет работы.

— Кого назвали бы лучшим защитником РПЛ сейчас?

— Мне нравится стиль игры Андраде. Приметил его еще в прошлом году, когда он играл за «Балтику». У него отличные качества, реально хороший защитник. А так, считаю, что все центральные защитники «Спартака» — игроки высокого уровня. Если еще считать Литвинова, который может играть в центре, то у нас четыре топ-защитника. Мы видим, что тренер может делать много замен без ущерба для команды. Это хорошо, мы заставляем друг друга прогрессировать.

— Линия обороны «Спартака» — лучшая в РПЛ?

— Для меня точно одна из лучших. В этом году мы стали намного сильнее. Но это результат работы всех игроков — и атакующих тоже. Начиная с первого прессинга Даку и Угальде, заканчивая вратарем. Сейчас мы намного лучше играем в обороне и меньше ошибаемся. В прошлом году у нас была большая проблема: после пропущенного гола было сложно отыграться. Будем работать над тем, чтобы было больше сухих матчей. Чем больше матчей на ноль проводишь, тем больше веришь в себя.

«Молодые игроки могли бояться Станковича. С некоторыми футболистами отношения у него складывались не лучшим образом»

— Вы пришли в «Спартак» при Деяне Станковиче. Понимаете, что у него пошло не так, почему не получилось добиться успеха?
— Во-первых, я очень благодарен Деяну — именно он и Кахигао привели меня сюда, чему я очень рад. Во-вторых, Деян ушел из «Спартака» во время своего второго сезона. То есть он в любом случае какое-то время показывал хорошие результаты. Когда я пришел, мне рассказывали, что у команды были победные серии по пять-шесть матчей. Но потом тренеру стало сложнее, и это нормально — невозможно постоянно выигрывать. Команды подстраиваются под твой стиль, ты пытаешься что-то поменять, но это может не сработать. На мой взгляд, у Станковича был хороший период в «Спартаке», лично я вспоминаю его с теплотой.

— Говорят, в какой-то момент Станкович потерял раздевалку, атмосфера в команде испортилась. Так и было?
— Не знаю, если честно. Я сыграл при нем всего шесть-семь матчей, поэтому не могу знать обо всем. Да, я видел разное и замечал, что с некоторыми игроками у него отношения складывались не лучшим образом. Но я не знаю, как было до этого. Поэтому не могу сказать, изменилось ли что-то или с самого начала было так. Для меня Станкович в любом случае хороший специалист, на каждой тренировке он старался сделать нас лучше, постоянно был рядом, помогал. Если мы делали что-то неправильно, он сразу же говорил об этом. Возможно, не в самой приятной форме для всех игроков, но у каждого свой характер, и это нужно просто принять. Не секрет, что Станкович — очень эмоциональный человек.

— Карседо — абсолютно другой тренер?
— У него другой подход, да. Но лично у меня с обоими была хорошая коммуникация. Во время матчей они абсолютно разные, конечно. Станкович был более эмоциональным, Карседо поспокойнее. Но и его можно вывести из себя. Когда мы ошибаемся или пропускаем, он может прокричать на испанском что-то очень эмоциональное. Для меня это нормально — тренеру тоже свойственно выплескивать эмоции во время футбола, потому что они его любят.

— Согласен.

— В игре у них тоже разные подходы. Один любит играть с пятью защитниками, другой — с четырьмя. Хотя, если посмотреть, как мы сейчас играем, когда владеем мячом, можно увидеть, что мы практически всегда действуем в три защитника. А когда теряем мяч, перестраиваемся в линию из четырех. В общем, в некоторых вещах между ними есть сходство. Но каждый из них по-своему управляет командой, прививает свой менталитет. Для меня они оба являются топ-тренерами.

— В отличие от Карседо, Станкович — легендарный футболист. Может ли быть проблемой для тренера то, что он сам был крутым игроком? 

— Да, и для игроков тоже. Когда перед тобой стоит человек, который сам был великим футболистом, ты можешь немного его бояться. Выходишь на поле и думаешь: «Может быть, он сделал бы это лучше меня. Даже сейчас». Иногда Станкович показывал это на тренировках. Например, когда мы плохо выполняли длинную передачу, он делал то же самое — и у него получалось. Даже было как-то стыдно, что у нас так не выходит.

— Это не создавало дополнительного давления на игроков? Особенно на молодых.
— Не думаю, что это можно назвать давлением, но молодые игроки, наверное, могли его бояться, ха-ха. Мне нравится, что сейчас все наши игроки уверены в себе и не ощущают никакого давления. Для меня это самое важное умение тренера — способность придать игроку уверенность. Иногда молодой футболист боится сыграть в своем стиле и потерять мяч. Но футбол так устроен, ты будешь иногда ошибаться. Я больше ценю футболистов, которые постоянно играют вперед и пытаются сделать правильную передачу. Это лучше, чем игрок, который отдает мяч только на один-два метра и вообще не рискует. Футболисты «Спартака» обладают таким менталитетом, и поэтому мы сейчас хороши.

— Изначально увидели в Карседо тренера, способного привести вас к титулу?

— Первое, что я понял — Карседо очень внимателен к деталям, он проводит подробнейшие тактические разборы, все четко объясняет. К тому же он хороший психолог, умеет объединять коллектив, создавать правильную атмосферу. Время показало, что с Карседо мы можем выигрывать. Верю и надеюсь, что в этом сезоне мы с ним станем чемпионами.

«Раньше я никогда не играл в такой холод. Зимой приходилось надевать три слоя одежды»

— Поговорим немного о жизни в России. Что больше всего удивило вначале?
— Погода! До этого я никогда не играл в такой холод и во время снегопада. К этому сложнее всего было адаптироваться. Но в остальном я могу сравнить Россию с Францией. Я вижу некоторые сходства на улицах, в поведении людей. Мне здесь хорошо, потому что для меня Россия такая же, как остальная Европа. В повседневной жизни я не чувствую слишком больших изменений по сравнению с Францией.

— Москва похожа на Париж?
— Чем-тот да — большой город, много туристов, огромное количество развлечений, ресторанов, кафе. Моей семье очень комфортно в Москве, мы уже любим этот город.

— Декабрь 2025, первые морозные матчи, снег. Что почувствовали?
— Было тяжело, ха-ха. Особенно перед игрой на тренировке. Приходилось надевать три слоя одежды: несколько футболок, кофта, шорты, штаны, перчатки и все остальное. Но в марте было еще сложнее. Мы вернулись со сборов, а в Москве жуткий холод. В декабре погода показалась не такой суровой, как в начале весны. Но со временем я привык, сейчас уже мне будет легче.

— А есть что-то, к чему до сих пор не привыкли? Например, проблемы с интернетом.
— Видел смешной видеоролик с Ву, где он говорил про VPN. Я смеялся, потому что это очень жизненно. В первое время было сложно привыкнуть, что тебе нужно обходными путями заходить в соцсети. Нам приходится делать это, чтобы поддерживать связь с родными, семьей. Но уже с этим нет проблем, спасибо Литвинову — он помог мне найти хороший VPN. Надеюсь, я сейчас не рассказываю ничего противозаконного, ха-ха.

— Несмотря на все, в России вы чувствуете себя безопаснее, чем во Франции? Там сейчас опять проходят массовые протесты, погромы.

— Все зависит от конкретного момента и места. Возможно, в России ниже уровень преступности, меньше проблем с воровством и так далее. Но есть и свои проблемы —понятно почему. А во Франции сейчас непросто из-за протестов. Но когда я жил там, я чувствовал себя в безопасности. Это моя страна — я понимаю, что можно делать, где можно находиться и чего следует избегать. Везде есть свои риски, поэтому я во всем полагаюсь на Бога. Мне так спокойнее, я под его защитой.

— Вы два года провели в Турции, играли за «Фенербахче». Расскажите про тот период.

— Если говорить об образе жизни, то Россия и Турция — совершенно разные страны, другой менталитет у людей. В футболе тоже все иначе. Болельщики очень эмоциональные — ты выходишь на матч так, будто это последняя игра в твоей жизни. Такого давления я не встречал нигде. Турция подарила мне очень много эмоций, эти два года останутся со мной на всю жизнь. К тому же я открыл для себя Лигу Европы и другие европейские турниры. Очень благодарен «Фенербахче» и Турции.

— Не сталкивались с преследованием со стороны болельщиков?

— От «Фенербахче» я чувствовал только любовь и поддержку. А фанаты соперников могут тебя ненавидеть, но это нормально. Не было такого, чтобы за мной кто-то специально следил. Болельщики «Фенербахче» всегда присылали хорошие сообщения, были рады меня видеть. Они хотели, чтобы я остался, но это зависело не от меня. Мне объяснили, что из-за лимита на иностранных игроков клуб не может оставить меня. Поэтому мне пришлось принять решение клуба и искать новый проект. Таким проектом стал «Спартак». Не жалею, что в итоге все так сложилось.

— После года жизни в России можете сказать, что уже стали немного русским?
— Поскольку я играю за «Спартак», я могу так сказать. Но если ты не понимаешь русский язык и не говоришь на нем, то ты не можешь чувствовать себя русским. Мы с женой начинали его учить, но в итоге сходили всего на два занятия.

— Было сложно?

— Да, русский алфавит для меня сложнее английского. Да и в целом специфика языка другая, непривычно. Мы перестали заниматься, потому что появилось много других дел — бытовые вопросы, поиск школы для детей и так далее. Но в этом году хотим продолжить. Иногда знание языка действительно необходимо, особенно если нужна помощь, но рядом нет никого, кто знает английский. Поэтому я хочу выучить хотя бы основные вещи. Обязательно займусь этим вопросом, поставлю это в приоритет. Когда я смогу говорить по-русски и поддерживать небольшой разговор, тогда, возможно, скажу: «Я русский».

«Какие-то вещи о России знал еще со школы, больше всего меня впечатлила система управления страной»

— В интервью клубному медиа вы рассказали, что занимаетесь инвестициями, поддерживаете различные стартапы. Для вас бизнес — вторая работа?
— Да. Считаю, что этим необходимо заниматься. Я не тот человек, который постоянно говорит о деньгах — для меня жизнь не только про деньги. Но мы должны этим заниматься, потому что нам повезло зарабатывать большие деньги. Если ты распоряжаешься ими неправильно, в этом нет смысла, ты все потеряешь. Поэтому нужно прилагать усилия, развиваться. Если ты хочешь после завершения карьеры иметь выбор и свободу, ты должен заранее работать над этим.

Мне повезло, что рядом со мной есть люди, которые могут многому научить. Мы уже сделали хорошие вещи и продолжим работать в этом направлении. Если у меня есть возможность помогать другим людям или каким-то организациям, я всегда стараюсь это делать.

— Когда-нибудь думали открыть бизнес в России?

— В России — нет, если честно. В какой-то момент я хотел купить квартиру в Москве, но потом поговорил со своим финансовым консультантом. Оказалось, что это слишком сложно, много правил и нюансов. Пока мы отложили эту идею, но я еще подумаю. Надеюсь, я здесь надолго — будет время сделать что-то интересное.

— Еще вы говорили, что изучали культуру и историю России. Что больше всего впечатлило?

— Ох, многое. Все мы знаем, что это самая большая страна в мире, поэтому, конечно, у нее огромная история. Какие-то вещи я знаю еще со школы, мы много говорили о великих людях — Ленин, Сталин и так далее. Но больше всего меня, наверное, впечатлила система управления государством. Если сравнивать с Францией, там власть сменяется чаще. А в России уже долгое время президентом является один человек. Мне кажется, это показывает некоторые особенности.

— К сожалению, заканчивается отведенное на интервью время. Давайте расскажем, о чем мечтает Александер Джику и чего он хочет добиться со «Спартаком».

— Первое, конечно, — чемпионство. Второе — возвращение в еврокубки. Уверен, что «Спартак» мог бы сейчас хорошо там выступить. С самого первого дня, когда я пришел в «Спартак», мы говорили об этом со спортивным директором. Мы хотим, чтобы это решение было принято как можно скорее. Мы помним прошлое и знаем, что «Спартак» уже выигрывал большие матчи и у себя дома, и в Европе. Хотим повторить это и достичь еще большего. Надеюсь, что такая возможность появится как можно скорее.