Минфин облегчил налог для букмекеров. Как это повлияет на отрасль

«Вместо 5% с оборота будет 7% с разницы между полученными ставками и выплаченными выигрышами», – заявил он агентству.

Законопроект, предполагавший введение налога с оборота, прошёл стадию первого чтения в Госдуме. Процедура второго чтения из трёх, как ожидается, состоится 18 ноября.

В чём отличие между «оборотом» и «разницей между ставками и выигрышами» у букмекеров

Традиционно «доходом» букмекеров в мировой практике является объём средств, оставшийся после выплаты выигрышей. Именно этот показатель (в международной терминологии – Gross gaming revenue, GGR), а не объём принятых ставок, фигурирует в финансовых отчётностях большинства игорных операторов по всему миру.

Уже из суммы, оставшейся на руках у букмекеров, операторы платят зарплаты, аренду, оплачивают спонсорские контракты и рекламу. И, в конце концов, получают прибыль.

В России не было общепринятой формы отчётности до 2021 года. Всё изменила новая система расчёта так называемых «целевых отчислений» – суммы, которую российские букмекеры ежеквартально платят в пользу спортивных федераций и лиг, на соревнования которых принимают ставки.

До 2021 года размер целевых отчислений рассчитывался из показателя GGR букмекера, а затем – с объёма принятых ставок. С тех пор финансовые отчётности букмекеров стали более похожими друг на друга: в графе «выручка» теперь всегда указаны полученные депозиты, а не GGR.

Почему «7%» лучше, чем «5%»

Сразу после того, как Минфин впервые опубликовал параметры новых правил налогообложения, отрасль бросилась считать новую нагрузку.
Исходя из расчёта средних показателей, после выплаты выигрышей у букмекера остаются от 20% до 25% от суммы внесённых депозитов. Это означает, что пятипроцентный оборотный налог оказывает как примерно пятикратное влияние на реально располагаемый доход.

Таким образом, если мы берём во внимание только прямой налог на оборот, то изначально предложенные 5% означали бы потерю 25% от GGR. При учёте целевых отчислений, которые с 2026 года составят 2,25% от оборота, эффект превысил бы 30%.

Прямая экстраполяция на финансовые результаты букмекеров за 2024 год показывает, что только 6 из 15 работающих в России компаний получили бы прибыль. В свою очередь это означало бы, что букмекеры весьма существенно сократят расходы на спортивное спонсорство, что имело бы далеко идущие эффекты.

Однако новое предложение министерства финансов делает будущее уже не настолько мрачным.

Рынок отреагировал сдержанно

Букмекеры в целом отнеслись к инициативе Минфина с оптимизмом. Так, CEO букмекерской компании Pari Руслан Медведь рассказал «РБ Бизнес», что новый формат налогообложения не создаёт для отрасли разрушительной нагрузки. В то же время он предложил ввести мораторий на резкие изменения букмекерского законодательства сроком на 3-5 лет.

Гендиректор и совладелец Tennisi Руслан Сулейманов назвал это прекрасной новостью. По его словам, предыдущий формат налогообложения подталкивал руководство компании на мысли об уходе из бизнеса.

В то же время большинство представителей отрасли отказались от публичных комментариев, предложив дождаться итогов второго чтения в Госдуме. В конце концов, поправки могут и не принять.

Советник гендиректора БК «Фонбет» Николай Оганезов напомнил про налог на прибыль в размере 25%, а также ситуацию с ограничением мобильного интернета в регионах.

«До момента второго чтения воздержусь от математики. Появился новый аспект - перебои с мобильным интернетом. Тоже важный фактор, влияющий на финансовые результаты работы букмекера. Кроме того, налог с GGR надо рассматривать в купе с 25% налогом на прибыль», - сказал он «РБ Бизнес».

Один из топ-менеджеров на условиях анонимности рассказал, что предложение несколько облегчит ситуацию, но в корне не изменит.

«Если считать с оборота, то налог составит не 5%, а примерно 1,5%. Ещё надо держать в уме «налог на лудоманию», плюс отчисления вырастут. И не забывать об удержании 25% с чистой прибыли. Легче, конечно, станет, но ситуацию не поменяет. Все букмекеры будут резать часть расходов», - сказал он.

Чем всё это закончится, мы узнаем уже меньше, чем через неделю.