Малафеев дает интервью без фактуры по громким историям. Что так и не рассказал Вячеслав?

Когда контракт Малафеева с «Зенитом» закончился, я наивно ждал экшена. Ждал, что Вячеслав честно расскажет об имиджевой катастрофе «Зенита» в переговорах со Смоловым, о собственных словах Дзюбе зимой 2018-го. Об Ахметове, Мостовом, переговоры по которым шли на его глазах, формировании «Зенита-2» и молодежки. Но все 6 (может, даже больше) интервью превратились в фарс, где читался общий посыл: МЫ выполнили главную цель и стали чемпионами. Все остальное – детали, нюансы, не заслуживающие внимания. Разве только Сергею Егорову удалось раскрыть любопытные детали работы менеджера. Но значительная часть – по-прежнему в тени. И это очень грустно. Ведь Малафеев 2,5 года был частью одной из главных футбольных империй страны. И точно мог рассказать много интересного.

Малафеев приходил в «Зенит» по приглашению Фурсенко после смерти Константина Сарсании. Его кандидатура была утверждена Алексеем Миллером, клуб готов был оказывать ему полную поддержку. Вероятно, именно поэтому должность именно спортивного директора оказалась незанятой. Оресте Чинквини и Малафеев имели примерно равное слово перед руководством, правда, один зацикливался на интересах тренера, другой – клуба. Именно Вячеслав принимал решение по составу спортивного департамента. Он попросил уйти всю команду Сарсании, так как решил, что может работать с агентами самостоятельно. Более того, забраковал кандидатуру Дениса Сарсании – сына бывшего спортивного директора. Хоть и чуть ли не лично Фурсенко обещал ему место в клубе. Желание замкнуть все управление на себе, полагаю, не пошло Малафееву на пользу. Жалеет ли он о своих первых решениях – не знаю. Но интересно было бы уточнить. Хоть в интервью Егорову он согласился, что смерть Сарсании – ключевая причина весеннего провала «Зенита» при Манчини.

Переговоры со Смоловым – кейс, которого «Зенит» сторонится. На неформальных встречах с представителями клуба в 2018 и даже в 2019 году я не раз слышал: «Мы даже не вели переговоры по Федору». Хотя примерно представлял, как было на самом деле. И спасибо Вячеславу, что заговорил об этом. Но даже он отрицает, что «Зенит» абсолютно не был готов к этим переговорам. «Краснодар» заранее пустил месседж: никаких аренд, долгих рассрочек или обменов. Галицкий хотел продать игрока и получить деньги разом. Поэтому, по словам очевидцев, представители «Зенита» на этих переговорах выглядели странно: в какой-то момент Чинквини взял листок и стал писать фамилии футболистов, которые клуб готов отдать вместо Смолова. На этом переговоры закончены. Была ли такая история? Почему не повлиял Вячеслав? Почему никак не поучаствовал Фурсенко? Вопросы до сих пор актуальны.

По Дзюбе мне известны неофициальные версии обеих сторон. И у Артема поводов обидеться на бывшего партнера по команде было, судя по всему, больше. Как бы Малафеев ни говорил, что защищал интересы клуба, в той истории он в больше хотел обезопасить самого себя. Менеджер понимал: если отдать Дзюбу в другой российский клуб, а он еще и забьет «Зениту», в первую очередь прилетит именно Вячеславу. Поэтому лучшим вариантом для спортивного департамента считалось, чтобы будущий капитан сборной досидел полгода в «Зените-2» на огромной зарплате, не поехал на ЧМ-2018, и тогда ни к кому никаких вопросов не возникло бы. Альтернатива – Европа, слабо проработанная и не вызывавшая никакого интереса. Хорошо, что в дело вмешались другие силы, и Малафеев, по сути, вынужден был договариваться. Поэтому Дзюба и не понимает, почему легенда клуба повела себя именно так, хотя должен был понять и поддержать Артема.

С лета 2018-го полномочия Малафеева были сильно сокращены. Он занимался в основном молодежным «Зенитом» и «Зенитом-2». До академии не допускали ни его, ни Хавьера Рибальту. Но и в этой работе хватало неприятных ситуаций – игроки жаловались на разные зарплаты, некоторые считают, что у Малафеева были свои любимчики, которым он продолжает помогать в карьере. Говорят, что Вячеслав был против подписания долгосрочного контракта с открытием этого сезона Андреем Мостовым, при этом у тренерского штаба главной команды есть много вопросов к тем футболистам, которые привлекаются к тренировкам из «Зенита-2».

Не все эти темы были затронуты в интервью. В некоторые Вячеслав не хочет углубляться сам. Это объяснимо: он хочет вернуться в «Зенит», поэтому выставлять клуб в негативном свете ему не выгодно. При нынешних руководителях это практически исключено. Но ведь никто не верил и во второе пришествие Фурсенко.