Герой не нашего времени. Что значил Марадона для тех, кто его не застал

Я никогда не видел Марадону в деле.

В многочисленных нарезках забитых мячей по телевизору и на YouTube, конечно, видел. В документальных фильмах о его жизни видел. Слышал в интервью. Читал в книгах.

Но никогда не делил с ним момент во времени и пространстве, наблюдая за происходящим на футбольном поле и болея либо против него, либо за.

И это при том, что по законам Российской Федерации я уже не молодежь, а футболом начал интересоваться еще до того, как пошел в школу. Мой первый большой турнир — чемпионат мира 1994 года — стал для него последним. Два матча, гол в ворота сборной Греции, заваленный допинг-тест и прощальная гастроль по Аргентине, спрятавшаяся от европейского зрителя.

Никто во дворе или в школе не выходил попинать мяч в майке Марадоны. У нас были свои Шевченко и Роналдо, Бергкамп и Зидан.

Зато кто-нибудь из старших, иной раз засмотревшись на наши попытки забить подспущенный мяч в пространство между фонарным столбом и большим камнем, мог обронить: «Ну ты и Марадона!».

В разных видах спорта есть рекорды, достижения, титулы, статистика, но когда имя спортсмена или команды становится нарицательным — тогда это выход на другой уровень.

Когда лихой гонщик становится Шумахером, а тот, кто умеет держать в руках клюшку, — Гретцки. Кто хорошо дерется — Тайсон. Кто встал на лыжи — Бьорндален. Кто лучше всех гоняет мяч — Марадона.

И если нарицательное имя передается от одного поколения следующему — это настоящее величие.

Сборная СССР против сборной Аргентины или «Спартак» против «Наполи» — это история наших отцов. Для нас кавер-версию на «Руку Бога» с би-сайдом «Я обведу всю защиту и катну мяч в ворота» исполнил Лео Месси. Но боже упаси сейчас начинать по новой дискуссию о том, кто лучше.

У нашего поколения не было и уже не будет такого, как Марадона. Как Фредди Меркьюри или фильм «Лицо со шрамом», он был возможен только в свою эпоху.

Уходящие герои нашего поколения — Месси и Роналду — доказали, как долго можно сочетать талант и стабильность. Марадона доказывал, как долго можно сочетать талант и рок-н-ролльный образ жизни.

Образ гения, которому дозволено больше других, но он неизбежно сгорает из-за проблем с алкоголем, наркотиками, азартными играми, женщинами и чем угодно, вечен. Но в мире спорта особенно тяжело такому образу соответствовать.

У Марадоны вот получилось. Он взял от жизни все и даже больше.

Невозможно представить, чтобы хоть один футболист мог сегодня исчезнуть на год за употребление кокаина и вернуться всенародным любимцем. Чтобы хоть один мог устроить с басками побоище прямо на футбольном поле, когда игроки обеих команд влетают друг в друга шипами. Чтобы призвать юг Италии болеть за сборную Аргентины в матче против их же собственной национальной команды. Чтобы стать иконой для огромной и глубоко религиозной страны.

Неудивительно, что Марадона не стал успешным тренером. Дело не только в том, что для этого мало (или необязательно) быть великим футболистом. Диего слишком большой, чтобы влезть в узкие рамки сегодняшнего футбола с его контрактами, имиджмейкерами, корпорациями и мерчандайзом.

Если что-то и было больше Диего в футболе, так это легенды о нем, пересказанные нашими отцами. Пусть. Пусть все, наверное, было немного прозаичнее. Они же не знают, какие басни мы будем рассказывать нашим детям про Месси.

Но Лео — волшебник, он подходит для детских сказок. В Марадоне было куда больше от неистового подросткового духа. Рок-н-ролл мертв. Теперь уже точно.