— Во времена работы в Минздраве вы ездили в госпиталь ветеранов войн, чтобы проверить жалобы на питание. «Да, без перца и особо несоленое, может, чуть хромает эстетика подачи блюд — поправим, но еда показалась мне довольно вкусной, никто не закидывал в компот лихорадочно ягоды и не вылавливал для моей тарелки мясо со дна кастрюли», — ваша цитата. Нравится ли вам больничная еда и должны ли в больницах вкусно кормить?
— Да, должны. Питание — это неотъемлемая часть лечения. То, что едим, нас лечит, из этого мы состоим, поэтому питание должно быть вкусным, полноценным, определенного уровня калоража, как и для футболистов. И оно не должно вызывать отвращения, всегда должно быть эстетически правильно подано. Когда в некоторых больницах клали рисовую кашу, сверху ложку свекольного салата, а еще и сосиску туда втыкали, это есть не хотелось чисто визуально, потому что все превращалось в какое-то красно-белое месиво. Человек должен все съесть не для того, чтобы насытиться, а для того, чтобы у организма были силы бороться с болезнью. Поэтому еда в больнице должна быть качественная. И за это я боролся, по каждому обращению просил прислать фотографии из больницы, либо, как в описанном случае, мне пришлось самому с замом выезжать без предупреждения. Да, это было неэстетично, но по вкусу — норм.
— Почему в 90 процентах бесплатных лечебных учреждений на территории РФ еда малопригодна к употреблению?
— Тут можно далеко копнуть. Допустим, в Коммунарке по-другому.
— Надо думать. Это одна из главных больниц страны.
— А почему? Потому что у Дениса Проценко там все отлично.
— Потому что во время ковида туда выделяли огромные средства.
— Но сейчас же ковида нет, а уровень питания поддерживают. Здесь вопрос ответственности. Хочет главный врач, чтобы все элементы его больницы соответствовали высокому уровню, он этого достигнет. Хочет добиваться только лечения, делать крутые операции, осваивать федеральные бюджеты и получать региональные квоты, получать прибыль с ОМС и все спускать на зарплаты, он сможет это сделать. Но тогда упустит вопросы еды, логистики пациентов, когда тяжело больного человека выписывают только потому, что закончилось время ОМС и за следующие сутки система не заплатит. И никого не волнует, что через сутки этот же человек ляжет повторно с еще большими осложнениями и его придется лечить гораздо дороже, чем сейчас. Тут вопрос в руководителе. В Нижнем Новгороде есть лечебные организации, которые и кормят, и выполняют все функции на высоком, я бы даже сказал, европейском уровне. А есть и в центре Москвы больницы, куда, прости господи, не дай бог попасть. Во всем мире как данность принят такой институт, как директора лечебных организаций. Есть главный врач, а есть директор, который отвечает за всю систему организации и медицинской, и околомедицинской помощи.
— В России такого нет.
— У нас в основном только главные врачи, хотя в Коммунарке есть еще и директор. Хотя от одного появления директора в штатном расписании мало что изменится. Нужно, чтобы была культура и желание эту историю нормализовать. На питание Коммунарка и больница в Подмосковье тратят примерно одни и те же деньги. Только там отнеслись к этому рачительно, пытаются из этих денег выкачать максимальную пользу, а в других местах все отдали на откуп пищеблоку, и неважно, что они там готовят.
Полную версию интервью с генеральным директором «Пари НН» Давидом Меликом-Гусейновым читайте на «РБ Спорт» в ближайшее время
