«Если Гинер позовет в ЦСКА, брошу все дела в Бразилии и примчусь в Москву». Интервью с Дуду

«Вагнер Лав, Даниэль Карвальо и Игорь Акинфеев — три лучших игрока в истории ЦСКА»

— Дуду, с возвращением в Москву! Что вы почувствовали, когда снова увидели старых друзей?
— Знаете, этот матч — как долгожданная встреча одноклассников, которые не виделись вечность. Эмоции просто непередаваемые! Мы ведь в ЦСКА росли не только как игроки, но и как люди, становились мужчинами. Оказаться снова среди этих великих игроков — огромное счастье и знак того, что мы оставили в истории клуба большой след. Обнимать парней, шутить в раздевалке и заново проживать моменты наших побед — это бесценно.

— Кого из этих великих игроков, как вы сказали, включили бы в список трех лучших игроков в истории ЦСКА?
— Вагнер Лав, Даниэль Карвальо и Игорь Акинфеев — три лучших игрока в истории ЦСКА.

— Если оглянуться назад: какое воспоминание о временах в армейском клубе согревает вас сильнее всего?
— Когда в 2005 году мне позвонили из ЦСКА, я не сомневался ни секунды. Сразу поставил себе цель: «Лечу в Россию побеждать и вписать свое имя в историю». Поэтому на всю жизнь в памяти отпечаталось наше первое золото, добытое после победы над московским «Динамо»… Но еще дороже — сама наша команда. Под руководством Валерия Газзаева мы были единым целым, выходили на поле с мыслью, что можем свернуть любые горы и разбить абсолютно любого соперника, что и делали.

— Бывшие игроки ЦСКА до сих пор с трепетом вспоминают о тренировках Валерия Георгиевича Газзаева. Каково вам было с ним работать?
— О, его предсезонные сборы — это нечто! Нагрузки были такие, что земля уходила из-под ног, мы работали на пределе человеческих сил. Но в этом и крылся секрет наших триумфов. Но самое поразительное, что за пределами поля Валерий Георгиевич мгновенно преображался. Жесткий тренер исчезал, и появлялся невероятно теплый, чуткий человек. Он мог подозвать, обнять по-отцовски, спросить, как дела дома, поговорить по душам. Для нас, легионеров, он стал вторым отцом в чужой стране. Именно при нем я совершил свой главный карьерный скачок. Великий тренер.

— А кроме тренировок Газзаева, что в России давалось тяжелее всего?
— Хороший вопрос, заставили меня вспомнить молодость. (Смеется.) Если не брать футбол, то, конечно, погода. К русской зиме мой бразильский организм так до конца и не привык. Пробирало до костей! Но все равно я искренне полюбил Москву — она и тогда была потрясающим и красивым городом.

«Самые большие премиальные в моей карьере — 20 тысяч долларов за победу над «Спартаком»

— Как вам удавалось держать себя в руках в таком большом городе?
— У меня в голове всегда была четкая установка: я приехал в Москву стать большим футболистом. А большой футбол не прощает слабостей, нужны жесткая дисциплина и стопроцентный профессионализм. Соблазнов, конечно, много, но выбор есть всегда и у каждого. Те ребята, кто выбрал ночную жизнь и развлечения, быстро растеряли свой божественный талант и ушли в тень. А если бы я тогда вместо тренировок пропадал в клубах и ресторанах, мы бы сегодня здесь не сидели, и у меня не было бы шести завоеванных трофеев.

— А ведь могло быть и семь, но в победном Кубке УЕФА 2005 года вас не оказалось в заявке. Почему?
— Там была банальная история: клуб просто не успел оформить документы на весеннюю стадию еврокубков, до закрытия трансферного окна оставались какие-то считанные часы. Но я всегда был с командой, чувствовал себя неотъемлемой частью коллектива. Да, медаль в Лиссабоне мне на шею не надели, но те сумасшедшие эмоции от победы над «Спортингом» для меня дороже любого золота.

— Какая была премия за победу в финале?
— Сколько нам дали за Лиссабон, я уже, если честно, не вспомню. Но могу сказать, что самые большие разовые премиальные в моей карьере составили 20 тысяч долларов.

— За победу над кем?
— Над «Спартаком»! Наше руководство прекрасно понимало, что такое главное дерби страны. Накал страстей в этих матчах всегда был запредельным, кровь просто кипела. Эта атмосфера заряжала меня так, что за все годы в России я ни разу не проиграл красно-белым. (Смеется.)

— А насколько правдива информация о том, что вы могли оказаться в «Спартаке» до перехода в ЦСКА?
— Это абсолютная правда. Скауты «Спартака» вышли на меня первыми, предлагали хороший контракт. Но я взял паузу, взвесил все «за» и «против» и выбрал ЦСКА. Прошли годы, и я могу с уверенностью сказать: это было самое судьбоносное и правильное решение в моей жизни!

«ЦСКА не продал меня в «Манчестер Сити» и «Реал» из-за участия в Лиге чемпионов»

— И все же в 2008 году вы надели красно-белую футболку, перейдя в греческий «Олимпиакос». Почему решили покинуть армейский клуб?
— Мной двигала только одна мечта — закрепиться в национальной сборной Бразилии перед чемпионатом мира. В те годы чемпионат России на бразильском телевидении не транслировался, тренерскому штабу сборной было тяжело следить за моей формой. А спрос на меня в Европе был огромный: звали «Манчестер Сити», «Портсмут» и даже «Реал Мадрид»! Но ЦСКА наотрез отказывался продавать одного из лидеров из-за предстоящего участия в групповом этапе Лиги чемпионов. И лишь когда европейский сезон закончился, я лично пришел к Евгению Гинеру и честно попросил отпустить меня в Европу.

— Как проходили переговоры с Евгением Ленноровичем?
— Я всегда говорил, что Гинер — великий босс и человек с огромным сердцем. При всем своем колоссальном авторитете в личном общении он всегда оставался простым, открытым и понимающим. Он относился к нам, футболистам, с искренней родительской любовью. Договориться с ним не составило труда, он вошел в мое положение. Скажу больше: если бы Гинер сейчас позвонил и позвал меня работать в структуру ЦСКА, я бы бросил все дела в Бразилии и примчался в Москву первым же рейсом! Пока, правда, мой русский слабоват для больших должностей — в магазин сходить могу, а вот для серьезных дел знаний маловато. Поставил себе цель: за год основательно выучить язык, вернуться и дать вам следующее интервью на русском языке!

— Ваш соотечественник Мойзес, к слову, уже вовсю говорит по-русски.
— Мойзес — мой близкий друг, мы постоянно на связи. Обсуждаем ЦСКА, бразильские новости, жизнь в России. Пользуясь случаем, хочу пожелать ему крепкого здоровья. Он получил обидное повреждение в этом сезоне, и я знаю его характер — вижу, как сильно ему не терпится поскорее вернуться в общую группу, чтобы помочь команде в чемпионате.

— Почему ЦСКА уже 10 лет не может выиграть чемпионат?
— Если сравнивать нынешний ЦСКА и нашу команду образца «двухтысячных», разница очевидна. В чем заключалась наша главная сила? Это был идеальный, монолитный сплав. С одной стороны — голодные до побед, техничные бразильцы: я, Даниэль Карвальо, Вагнер Лав, Жо. С другой стороны — мощнейший, несгибаемый российский костяк: Игорь Акинфеев, братья Березуцкие, Сергей Игнашевич, Юрий Жирков, Евгений Алдонин. Практически каждый игрок той обоймы был железным лидером на поле и основным игроком своей сборной. Это были люди с врожденным чемпионским характером. Чтобы вернуть золото, современному ЦСКА нужно снова обрести этот внутренний стержень и эту неподдельную страсть к победам.

«От отстранения российских команд от европейских турниров проигрывают и Россия, и Европа»

— Но каковы шансы армейцев подписать бразильских игроков того уровня, на котором были вы, Карвальо, Вагнер и Жо, учитывая то, что российские команды не участвуют в международных турнирах?
— Никаких проблем с этим нет! Могу заявить с полной уверенностью: бразильские футболисты по-прежнему рвутся в Россию. Больше скажу: если какой-нибудь молодой парень у меня на родине спросит совета: «Дуду, зовут в Москву, в ЦСКА — стоит соглашаться?», я отвечу без раздумий: «Собирай чемоданы и лети прямо сейчас!» От таких шансов не отказываются. Тем более сейчас, когда футбольная инфраструктура в России сделала огромный шаг вперед. Вы только посмотрите на нынешнюю домашнюю арену ЦСКА — это же шедевр! В наше время мы о таком стадионе могли разве что мечтать.

— И все же, если смотреть глобально, насколько сильно отстранение от официальных соревнований бьет по уровню футбола в России?
— Конечно, это влияет на уровень, скрывать тут нечего. Без матчей с лучшими командами Европы прогрессировать тяжело. Вспоминаю наши времена: во вторник мы на запредельных скоростях рубимся в Лиге чемпионов против лондонского «Арсенала», а уже в субботу летим в Томск играть против местной «Томи». Поставьте себя на место сибиряков — с какими глазами они против нас выходили? Они же думали: «Боже, эти парни пару дней назад обыграли Анри и Фабрегаса!» Это был сумасшедший стимул для роста всей лиги. И от нынешнего бана теряют абсолютно все: и Россия, чьи игроки лишены бесценного опыта, и сам европейский футбол, который лишился самобытных, кусачих и сильных команд.

— Когда российские клубы вернутся, насколько тяжело им придется в первых сезонах?
— А когда было легко? (Улыбается.) Легких прогулок в Европе никогда и не было, всегда приходилось биться за каждый сантиметр поля. Да, поначалу будет трудно. Но русским людям не занимать характера и стойкости. Уверен, они справятся.

— Давайте завершим интервью на пророческой ноте. Что, по-вашему, случится раньше: ЦСКА выиграет Лигу чемпионов или сборная России — чемпионат Европы?
— Без сомнений: ЦСКА поднимет над головой кубок Лиги чемпионов! И пускай сейчас это кажется чистой фантастикой, я свято верю в это. А напоследок я скажу то, что на всю жизнь зазубрил на русском языке: ЦСКА всегда будет первым!