Долги «Химок». Ответственность Садыгова и менеджеров клуба. Интервью с главой Профсоюза Александром Зотовым

— В мае «Химки» не прошли процедуру лицензирования для участия в РПЛ, а затем объявили о приостановке деятельности. Ваша апрельская цитата: «Я с Туфаном знаком не один год, он меня ни разу не обманывал, поэтому не склонен не верить. Не могу это гарантировать, потому что это не мои деньги, не мои слова. Но я верю». Что сейчас чувствуете?
— Двоякие чувства. Попытка вернуть деньги была, но делалось это, к сожалению, не со счета клуба, а от каких-то третьих юрлиц. Но по ситуации с «Химками» чувствую себя плохо и обманутым, наверное. Очень жаль, что клуба больше нет, и очень жаль, что ребята и другие работники попали в такую ситуацию. Мы не участвовали во внешнем управлении, но я не складываю с себя ответственность за случившееся. Но и не отказываюсь от своих слов — Туфан ранее меня не обманывал. Возникали неоднократно ситуации по разным футболистам «Химок», и всегда обещанное делалось, — сказал Зотов.

— Сейчас Туфан вас обманул?
— Как уже сказал, попытка выплатить деньги была. Но у клуба арестованы счета. А оплата должна производиться только клубом. В итоге получается, что я обманут в ситуации. Он обещал вернуть деньги — он начал их возвращать. Другой вопрос – можно ли было вот так технически это делать или нет. Нет, нельзя было. Соответственно, чувствую себя обманутым, как и работники клуба.

— Что чувствуете, когда читаете новости о том, что Садыгов покупает клуб в Турции?
— После появления этой новости набрал ему, он сказал, что это не так — это все разговоры журналистов.

— Считаете ли, что люди, при которых клуб развалился — имею в виду руководство, — инвестора Садыгова, генменеджера Поляцкина и менеджера Черчесова — должны быть дисквалифицированы?
— Надо смотреть, в чем и чья вина. Поляцкин вообще официально работал в клубе?

— Он самоназвался генменеджером в разговоре со мной.
— Можно самоназваться… Знаете, я назовусь сейчас межпланетным главой всего футбола, но от этого ничего не поменяется. По правилам лицензирования РФС руководитель клуба, работавший не менее трех месяцев в последние перед банкротством клуба полгода в течение четырех лет не сможет руководить профессиональным футбольным клубом. Это правило было внесено по предложению нашего профсоюза.

— Могут ли они работать в других клубах?
— Руководитель и учредители в аналогичных ролях — нет. Но нужно разобраться — Туфан он кто был в «Химках»?

— Кто же должен разбираться?
— Кто-то, безусловно, должен. Видимо, комиссия по лицензированию клубов РФС. Скажу так — если по документам человек в клубе является никем и просто дает деньги, это не значит, что он руководитель клуба или клуб принадлежит ему, простой спонсор. Нужно доказать, что он фактически контролировал клуб.

— Должны ли отвечать господин Брехов (гендиректор. – Прим. «РБ Спорт»), его зам Черчесов и Поляцкин, назвавшийся генменеджером?
— Надо смотреть, кто из них какие функции выполнял и как долго. Давайте смотреть документы — кто из них чем занимался. Но как я уже сказал, гендиректор, если он работал больше трех месяцев в последние полгода, на четыре года потеряет возможность руководить футбольным клубом.

— Что должны делать футболисты, тренеры и персонал клуба, которые потеряли деньги?
— В любом случае им надо идти в суд. Клуб находится в процессе банкротства. Возможно, удастся реализовать какие-то активы клуба и частично компенсировать долги. Может быть, возобновит работу фонд ФИФА и также можно будет вернуть часть денег.

— Через 10 лет?
— Нет. Возобновить работу фонд может в любой момент, если он ее вообще возобновит. Опыт работы фонда достаточно успешный. Мы предлагали создание такого фонда в России, чтобы была финансовая подушка на случай банкротства клуба.

— Верите ли вы, что Садыгов вернет деньги?
— Я не Туфан Садыгов, но считаю, что взятые обязательства должны быть исполнены. Он пытался это сделать, но, как я сказал, не через клуб. Сейчас уже не важно, как средства будут возвращены, потому что клуб потерял профессиональный статус и выведен из членов РФС. Футболисты выполнили свои обязательства, соответственно, клуб и его фактические хозяева должны выполнить свои. Туфан знает мою позицию, я ее не скрываю.