Денис Ткачук: У меня было немного шансов в «Зените», хотя Виллаш-Боаш предлагал остаться

В эксклюзивном интервью «РБ Спорт» он рассказал, чье поле в Первой лиге его неприятно удивило, объяснил, почему не видел Семака великим тренером, и назвал Соболева по-футбольному наглым парнем. Они вместе играли в «Крыльях Советов».

– В «Тюмень» вас пригласил главный тренер Игорь Меньщиков. Были еще варианты?
– Были варианты в Первой лиге, но думаю, что сейчас неактуально об этом говорить.

– Почему вы сделали выбор в пользу Тюмени?
– Главный тренер меня увидел, позвонил. Я недолго думал, пару дней.

– Семья тоже с вами переехала?
– Да.

– До этого вы играли в Астрахани. Не тяжело вашим близким?
– Вы знаете, я сам  родом из Белгорода. Мне кажется, что там потяжелее, чем в Астрахани или, тем более, Тюмени.

– Вы рассказывали в интервью, что ваши мама и сестра по-прежнему живут там. Не пытались их оттуда увезти?
– Мама приезжала, но там живет сестра. Ее муж работает — и надо помогать с племянником. Сестра уезжать никуда не хочет.

– Но жить в Белгороде, наверное, сейчас страшно?
– Человек такое существо, что может привыкнуть к любому. Так что, конечно, они уже привыкли, но все равно страх, конечно, остается. Потому что каждый день — воздушные тревоги, сирена, все остальное. Люди выходят в коридор, на лестничную площадку, переходят в паркинги. По городу стоят убежища, выстроенные из блоков. В общем, не сильно комфортно.

– У белгородцев нет обиды, что про их проблемы мало говорят на федеральном уровне?
– Вы знаете, мне сейчас не стоит поднимать эту тему…

– Но ваша мама пока не планирует переезжать?
– Пока нет. Потом посмотрим.

– В прошлом сезоне вы с «Волгарем» боролись за выживание. Сейчас, скорее всего, предстоит решать такую же задачу с «Тюменью». Не устали бороться за сохранение места в Первой лиге?
– Когда в «Волгаре» ставят задачу попасть в пятерку и команда в итоге вылетает – это, конечно, неприятно. Сейчас просто стечение обстоятельств. Я уверен, что мы поправим турнирное положение, потому что есть позитивные моменты, есть игра, просто чуть не повезло в тех или иных ситуациях. Надо выиграть одну игру, и я уверен, что все выправится.

– У вас нет опасений, что могут убрать тренера, который вас пригласил?
– Я даже об этом не думаю.

–  Заурбек Плиев рассказывал, что, когда он играл в «Родине», добился для команды, чтобы сделали хорошую раздевалку. Может, и «Тюмени» мешают какие-то бытовые проблемы?
– Раздевалка у нас хорошая. Если вы смотрели хоть один раз наш матч на канале «Матч Премьер», думаю, что ее показывали. Мне кажется, что для нашей команды все есть. Хороший стадион. В «Родине» они его арендуют, понятно, что были какие-то проблемы.

– Чей стадион в Первой лиге вас особенно шокировал?
– Я играл в двух клубах на стадионах – наследии чемпионата мира. Это Самара и Волгоград. Конечно, оба отличные стадионы, при хороших болельщиках. Особенно понравились в Волгограде.

– Может, чей-то стадион неприятно удивил?
– Например, у нас сейчас соперник – «Сокол» (разговор состоялся перед игрой 10-го тура Первой лиги. — Прим. «РБ Спорт»). Там искусственное поле очень низкого качества. Такое, как палас. Оно жесткое, нет ворса.

– Вы не удивлены, что на таком поле разрешили играть?
– В нашем футболе может быть что угодно, так что я ко всему готов. Но удивило,что такое поле. Почему его не перестилают?

– Сейчас стало модно путешествовать по России. Что вы посоветуете для обязательного просмотра в Тюмени?
– Просто приехать в город. Очень красивый, чистенький. Все компактно. Хоть он и большой по размерам, но все находится в доступности. Аэропорт рядом с городом. Железнодорожный вокзал почти в центре. В городе есть где погулять, пройтись в парках. Мне нравится.

– Давайте теперь вспомним моменты вашей карьеры. Летом 2015 года вы неожиданно перешли в «Зенит». Кто был инициатором этого перехода?
– Тут и клуб, и агент.

– Кто был ваш агент?
– Ираклий Гегечкори.

– Вы до сих пор с ним работаете?
– Да, мы дружим, работаем.

– Когда он вам предложил, не было какой-то боязни? Все-таки «Зенит» уже тогда гремел в России.
– Боязни нет. Чего бояться в футболе? Если ты не попробуешь, потом будешь всю жизнь жалеть. Тем более прийти в такой «Зенит», где  я играл, – это только мечтать можно. У меня очень быстро сложилось: из «Оренбурга» — в «Крылья Советов», а из «Крыльев Советов» — в «Зенит». Сразу перешагнул большую ступеньку.

– Вы комфортно себя чувствовали рядом с Халком, Данни, Гараем?
– Конечно. Я смотрел на них и старался. С ними было приятно каждый день тренироваться и набираться опыта.

– Успели с кем-то из их подружиться?
– Как подружиться… Мы были в одной команде и друг другу не навязывались. Просто иностранцы больше общались друг с другом. Думаю, что сейчас в «Зените» то же самое.

– Вы не уставали от шуток Артема Дзюбы?
– Нет, мне кажется, никто не устает. Смотря как к нему отнестись. Меня не напрягало.

– Вы не удивлены, что Дзюба до сих пор востребован в РПЛ?
– Он нападающий хорошего уровня. Может быть 0:0 в матче, а потом один навес может превратиться в гол. При таком росте и таком опыте Дзюбы. Думаю, что «Акрон» не пожалел.

– У вас 7 матчей за первую команду «Зенита». Какой запомнился больше всего? В 1/16 финала Кубка России против «Волги», где вы сделали хет-трик в дополнительное время?
– Конечно, он запомнился. Думаю, что никто до меня так не выходил на замену и не забивал три мяча.  Виллаш-Боаш ничего особенного не сказал. Просто похвалил, что мы вышли в следующую стадию.

– Что отличало Виллаша-Боаша от других тренеров, с которыми вы встречались в своей карьере?
– На тот момент я работал с русскими тренерами. Кроме Веркотерена. Виллаш-Боаш был второй. От отличается менталитетом. Все по-другому. После игр никто не расстраивается по 3-4 дня. Сразу переключаются на следующий матч. Даже разборов игр не было, потому что у нас был плотный график. Перед тренировкой в тренажерном зале показывали все опасные моменты, которые нарезал тренерский штаб. Еще их крутили в столовой, раздевалке. Там висели телевизоры, и можно было посмотреть все опасные моменты у наших ворот и ворот соперников. Вот такой был разбор.

– Ненавязчивый.
– Да. Вот это удивило, что не было разборов.

– Почему вы уже через полгода ушли из «Зенита»? Виллаш-Боаш предлагал вам остаться.
– Я посмотрел, какой уровень. На тот момент у меня было немного шансов, хотя Виллаш-Боаш мне говорил: «Давай оставайся, все с нуля. Я верю». Но на тот момент у меня было много предложений. Я выбрал «Рубин», чтобы прогрессировать и играть.

– Не жалели потом, что ушли из «Зенита»?
– Нет.

– В «Зените» вы успели поработать с Сергеем Семаком. Я нашел ваши любопытные слова про него: «Тогда лично мне не было видно, что в будущем Сергей Богданович станет великим тренером, но он им и стал». Почему вам не было видно?
– Я не думал, что в «Зените» ему дадут поработать. Ему дали возможность только после того, как он вышел в Лигу Европы с «Уфой». Хотя Семака могли поставить сразу  после Виллаша-Боаша или после Луческу.

– Сейчас критики Семака говорят, что с таким составом и такими ресурсами любой тренер сделает «Зенит» чемпионом. Вы согласны с такой точкой зрения?
– Это все надо проверять. Виллаш-Боаш не занял же первое место. И Луческу не был чемпионом. Со звездами тоже надо уметь работать и находить общий язык. Это не так-то просто.

– Вы говорили про «Зенит»: «Частичка моей жизни осталась в Петербурге. Мне нравится этот клуб. Я всегда, когда смотрю, болею за него». Вам, наверное, обидно слышать, когда сейчас кричат: “Зенит” – позор российского футбола”?
– Если честно, я не слышал, чтобы такое кричали. Всем не нравится, когда команда побеждает из года в год. Сильных никогда не любят.

– Устали от «Зенита»?
– Пускай попробуют опередить. Что, у «Спартака» слабее состав? Или, допустим, у «Динамо»? В прошлом сезоне, если бы им чуть-чуть повезло, они могли стать чемпионами.

– Когда вы играли за «Кубань», не было ревности к «Краснодару», что весь город теперь фактически болеет за него?
– «Краснодар» – частный клуб, выстроился с нуля. Помню, когда мы играли, у них вообще болельщиков не было. Любовь болельщиков пришла с результатами.

– Еще появился новый стадион.
– Понятно, что стадион. Но стадион без результатов – это было бы, как в «Мордовии».

– Вы успели понять, что владелец «Краснодара» Сергей Галицкий значит для города?
– Понятно, что в городе его любят. Вы сами видели инфраструктуру клуба, какой парк он сделал. Не только же для себя. Все гости города могут прийти и погулять в его парк. Академия «Краснодара» сейчас одна из лучших в Европе!

– Вы успели поиграть с Александром Соболевым в «Крыльях Советов». Не сломается он от хейта питерских болельщиков?
– Он парень с характером. Не думаю, что его что-то надломит. Понятно, что первое время ему надо перетерпеть, но со временем все устаканится. Тем более если он будет показывать хороший результат в «Зените», я уверен, что все будет хорошо. Любовь болельщиков придет.

– Соболев действительно такой обидчивый, каким он кажется?
– Я не думаю. По какому признаку вы это решили?

– Например, он обиделся на московских журналистов за какие-то высказывания и перестал с ними общаться.
– Может быть, его зацепил кто-то.

– Но в команде его обидчивость не проявлялась?
– Нет. Соболев – по-футбольному наглый парень. Необидчивый.

– По Соболеву было видно, что его ждет карьера в российских топ-клубах?
– Честно, мне не было видно, что Соболев будет играть в «Спартаке» и «Зените». Но, во-первых, он хорошо работал. Хорошо себя реализовал – забил за «Крылья Советов» много голов. Поступило предложение от «Спартака» — и он воспользовался шансом. Конечно, сказалась его старательность. И не обошлось без везения.

– Вы провели сезон в «Нижнем Новгороде» у Александра Кержакова. Вам было комфортно с ним работать по-человечески? Я слышал, что он находил контакт не со всеми игроками.
– Слушайте, в команде 26 человек. Кто-то играет, кто-то с кем-то не общается. На кого-то накричал, сегодня он недоволен. Тебя не поставили в состав – опять недоволен. У Кержакова есть везение. Еще хороший тренерский штаб – это немаловажно. Получается, что при нем было самое лучшее место в истории «Нижнего Новгорода». Потом переименовали в «Пари НН» и убрали Кержакова.

– Вы удивились, когда его убрали?
– Конечно. Он оставил в РПЛ команду, которая не блистала по составу и очень тяжело собиралась. Практически все первые игры у нас были с лидерами, никто не верил ни в Кержакова, ни в команду. Но мы сыграли очень хорошо. За первые четыре тура набрали 7 очков. И тогда футболисты начали ехать к нам.

– Руководство «Пари НН» как-то объяснило, почему решили заменить тренера после такого впечатляющего результата?
– Не знаю. Может, это ему лично объяснили или еще кому-то. Его убрали и меня убрали.

– Вы оказались не нужны новому главному тренеру Михаилу Галактионову или не договорились о новом контракте с «Пари НН»?
– Там решалось, кто будет тренером. Видимо, Галактионову не сказали про меня. Непонятная ситуация. У меня закончился контракт, новый не предложили.

– Вы работали с Марцелом Личкой в «Оренбурге». Чувствовалось, что он со временем пойдет на повышение?
– Если честно, в то, что он пойдет в «Динамо», – нет. В «Динамо» всегда больше любили иностранцев. Не чувствовалось, что Личка – иностранец.  Он по-русски разговаривает, как и мы с вами, чуть-чуть с акцентом. Личка поработал в Беларуси и в «Оренбурге», показал там результат. Не думал, что «Динамо» его пригласит, но слава богу, что так произошло. Потому что Личка – реально хороший человек и хороший тренер, сам понимающий футболиста.

– Вы рассказывали, что он долго адаптировался в России. Что ему тяжелее всего давалось?
– Он больше адаптировался в Первой лиге. Там тяжелее играть, чем в Премьер-лиге.

– Первую лигу сократили до 18 команд – это благо? Или лучше больше матчей?
– Конечно, больше матчей. Понятно, что перелеты. Есть тяжелые направления — как Хабаровск. Или сейчас – Новороссийск или Песчанокопское. Туда тяжело добираться. Но я считаю, что когда было 22 команды и играли через три дня на четвертый, то тогда было комфортно. Больше игр — и ты в тонусе. Играешь –  восстанавливаешься – опять играешь.

– Как вы переносите перелеты?
– Нормально. Во-первых, как к этому отнестись. Во-вторых, я небольшой комплекции, редко мне где-то было неудобно. Бывают разные ситуации. Просто как ты  к этому относишься. Если ты готовишься, что реально будет тяжелый перелет, он и будет тяжелым.

– Сколько лет футбольной карьеры вы себе еще отводите?
– Сколько будет здоровья и желания. А во-вторых, если во мне будут нуждаться, тогда буду играть.

– Пока о тренерской работе не думаете?
– Нет, пока я сосредоточен на футболе. Такие варианты не рассматриваю.