Андрей Семенов: «Зенит» — фаворит в чемпионской гонке. Тем более сейчас команде дали по ушам

В эксклюзивном интервью «РБ Спорт» он рассказал подробности неприятной истории с главным тренером «Ахмата» Магомедом Адиевым, назвал «Зенит» фаворитом в борьбе за чемпионство и удивился, что Станислав Черчесов не востребован в РПЛ.

— Остается ли еще надежда вернуться в профессиональный футбол?
— Нет, все. С профессиональным футболом закончено.

— В какой момент вы это поняли?
— Когда я понял, что клубы РПЛ начали смотреть на возраст и делали ставку на молодых игроков.

— Зимой у вас были предложения из РПЛ?
— Нет. Были маленькие варианты с Казахстаном, но они тоже не получились. Сначала был интерес, но потом там ввелись какие-то законы и переговоры закончились. На этом мой профессиональный путь завершен. Посвящу себя Медиалиге.

— Прошлым летом вы вели переговоры со «СКА-Хабаровск». Сейчас были готовы поехать в Первую лигу?
— В Первую лигу не хотел ехать. Четко для себя обозначил, что либо Премьер-лига, либо какая-то незнакомая лига, как образно Казахстан. Даже рассматривал Азербайджан. Но именно лидирующие команды.

— В Первой лиге смущают перелеты, уровень игры?
— Перелеты сейчас, наверное, уже тяжело даются. Уровень игры, честно говоря, уже тяжело сопоставить. Иногда смотришь игры Кубка России. В принципе, особо разницы не видно. Сейчас в Первой лиге уровень конкурентоспособный.

— Вы могли остаться в «Ахмате». Магомед Адиев рассказывал про вас: «Его реакция на какие-то мои тренерские решения свела к нулю шансы Андрея остаться в команде». Что он имел в виду? У вас был какой-то конфликт?
— У нас не было конфликта. Была игра с «Краснодаром». У меня болела задняя. Он знал об этом. Я подошел перед игрой и сказал ему: «Может, мне не ехать в Краснодар 11 часов на автобусе? Как раз заднюю подлечу». На это он мне ответил: «Ладно, хорошо». А потом выставил это так, как будто я устроил демарш и не захотел поехать в Краснодар.

— Пытались потом как-то объясниться с Адиевым?
— Нет. А зачем объясняться, если человек тебе в лицо говорит одно, а потом делает другое?

— С августа прошлого года вы – игрок клуба Медиалиги LitEnergy. Чем вас привлекла Медиалига?
— Медиалига для возрастных профессиональных футболистов или у кого были травмы смягчает углы профессиональной карьеры. У меня с 7 лет до 35 был четкий график. Когда потом это все заканчивается, тебе становится очень не по себе. Медиалига – очень хороший вариант для таких экземпляров (улыбается). Понимаю, что ее уровень ниже, чем в Премьер-лиге и Первой лиге, но когда «Амкал» обыгрывает «Динамо»… Ребята, отдавайте себе отчет. Вас уже обыгрывает команда Медиалиги.

— Медиалига – это больше про удовольствие от игры или финансовый фактор здесь тоже присутствует?
— Думаю, что и одно, и другое. Ты окунаешься в ту среду, которая тебе более привычна: тренировки, игры, болельщики. От этого ты получаешь удовольствие. Финансы? Если ты играл в Премьер-лиге, то медийные деньги просто дополняют твои доходы.

— Вы вспомнили, что находитесь в футболе с 7 лет. Многие футболисты, когда им говорят про их высокие зарплаты, отвечают: «Зато у нас не было детства». Вы поддерживаете такие слова?
— Полностью. У меня с 7 лет утром – школа, потом тренировки. Если все гуляли, ходили с девочками по дискотекам, у нас вообще такого не было. Если у тебя футбол в приоритете, то учеба отходит на второй план. Хорошо, я заработал какие-то деньги и есть, на что жить. А есть люди, которые заканчивают со спортом и остаются без образования, просто на улице. Это очень печальные варианты.

— Вы видите себя тренером в будущем? Планируете пойти учиться на тренера?
— Первый год, когда я закончил, вообще об этом не думал. Потому что у тебя еще кипит футбольная кровь. И ты думаешь: нет, никогда тренером не буду. Прошло 8-9 месяцев, и уже смотришь на это немного с другой позиции. Хочется понять, почему у тебя были конфликты с какими-то тренерами. Я не говорю, что бью себя в грудь и буду тренером, но хочется посмотреть на это с другой стороны.

— Насколько пристально вы сейчас следите за РПЛ?
— Смотрю только центральные матчи. Когда играет друг с другом нижняя восьмерка, за этим уже не хочется смотреть.

— Кто ваш фаворит в чемпионской гонке? «Краснодар»?
— Честно говоря, фаворит – «Зенит». Кажется, что их опыт завоевания чемпионств поможет. Тем более сейчас команде дали по ушам. Должны как-то разобраться в себе. Думаю, что сейчас игроки «Зенита» злые и концовку сезона они должны провести на мажорной ноте. Еще ты знаешь прошлые сезоны «Краснодара» и понимаешь, что может произойти (улыбается).

— «Краснодар» может посыпаться.
— Я смотрел матч с «Ростовом» и вообще не понял их чемпионской игры. Я ставлю на «Зенит».

— В чемпионской гонке еще есть «Спартак», который очень мощно выглядит.
— Мне сейчас очень нравится эта команда. Злые, мотивированные. Может, хотелось бы такого чемпиона, у которого все складывается и который прет как паровоз. Но думаю, что опыт «Зенита» все-таки возьмет свое.

— Вы живете в Москве. Правда ли, что в столице России все ждут потери чемпионства «Зенитом»?
— Не знаю, кто ждет, а кто нет (улыбается). Но, честно говоря, эта гегемония уже, конечно, надоела. Надо что-то менять.

— Вы согласны, что смена чемпиона пойдет на пользу Премьер-лиге?
— 100 процентов. Во-первых, и в «Зените» задумаются о наличии бразильцев, хотя сейчас можно ставить на своих. Можно посмотреть на «Спартак», где есть очень много русских ребят. Мне сейчас нравится «Локомотив» с русскими ребятами. Это значит, что не надо делать акцент на иностранных футболистов, а можно еще покопаться в своих воспитанниках. Может быть, смена иностранного вектора сыграет какую-то роль.

— «Зенит» пригласил Глушенкова, а сейчас с ним начались проблемы.
— Они знали, кого приглашали. И когда Соболева тоже. Но, может, это чьи-то отдельные решения.

— Уже можно сказать, что «Зенит» — это не команда Соболева?
— А что, он феерил в «Спартаке» и завоевывал чемпионства? Нет, такого никогда не было.

— Вы смотрите товарищеские матчи сборной России? Они вам интересны?
— Мне удалось посмотреть игру с Замбией. Очень динамично. Мне очень понравилась игра сборной России. Предыдущие матчи я не смотрел, потому что очевидно, что там были соперники слабее.

— Если сборную России вернут, то она будет конкурентна в отборочных матчах на чемпионаты Европы и мира?
— Конечно, бить себя в грудь не буду, но игра с Замбией дала оптимистический настрой на будущее.

— Как вы относитесь к рекорду Артема Дзюбы?
— Естественно, это знаковое событие. Конечно, это не такие достижения, как у Криштиану Роналду и Месси, но для нас это рекорд. Думаю, что за Артема надо только порадоваться.

— Вы играли вместе с ним в сборной России. Поздравляли Артема с рекордом?
— Не получилось поздравить.

— Вы стали участником трех крупных турниров со сборной России. Впервые Фабио Капелло взял вас на чемпионат мира 2014 года. Слуцкий после Евро-2016 собрал игроков и сказал им: «Мы – говно». Как Капелло отреагировал на вылет с ЧМ-2014 уже после группового турнира?
— Не было никаких громких речей. Тем более, когда человек разговаривает с тобой через переводчика, все равно ты не видишь каких-то его эмоций. Капелло всегда очень аккуратно доносил свои мысли, спокойно объяснял. Не было такого, чтобы запомнилась какая-то мотивационная речь.

— После чемпионата мира Капелло ничего игрокам не сказал?
— Честно говоря, такого не припомню.

— В стартовом матче с Кореей была кошмарная ошибка Игоря Акинфеева. Он извинился потом перед партнерами по команде или никто этого от него не требовал?
— Это, конечно, не требуется. У всех есть ляпы. Никто же не хотел это сделать специально. Я не понимаю всех этих извинений.

— Периодически эта тема всплывает. Требовали извинений от Романа Зобнина, когда он ошибся в матче Евро-2020 с Данией.
— В любом случае человек полностью отдается работе. Не знаю, за что извиняться. Я не сторонник этого.

— Вы были участником двух чемпионатов мира 2014 и 2018 годов. Они проходили в Бразилии и России. На ваш взгляд, где была лучше организация турнира и атмосфера?
— Бесспорно, что в России! Может, мы в Бразилии видели что-то не то, но мне кажется, что чемпионат мира в России удивил всех с лучшей стороны.

— До последнего момента было неизвестно, попадаете ли вы в заявку сборной России на чемпионат мира 2018 года. Когда и где вы узнали о положительном решении?
— В 2017 году, когда мы были на сборах перед Кубком конфедераций, два или три футболиста были отсеяны. И я в том числе. В 2018 году была такая же история. На сборах было 26-27 человек и мы понимали, что трое-четверо будут лишние. Когда была опубликована заявка, конечно, было очень радостно, чувство облегчения.

— Понимаю.
— Когда ты едешь на сборы, месяц работаешь и не понимаешь, останешься или нет, – это очень удручает и не дает раскрыться в полной мере.

— Черчесов никак не намекал, что вы попадете в заявку на чемпионат мира?
— Нет. Всегда была ротация на тренировках, заменяли друг друга в товарищеских играх и было не особо понятно, кто основной, а кто нет. Только в последний день заявок узнали обо всем.

— Вы расстроились, что на самом турнире не сыграли ни минуты?
— Когда играли с испанцами в 1/8 финала, Жирков сломался. На замену был выбор между мной и Гранатом. Когда Черчесов обернулся, ты просто думаешь: хоть бы не я (смеется).

— Почему?
— Испанцы давили, и в такой игре защитнику очень тяжело выходить. Выбор пал на Володю. И он очень хорошо справился со своей работой. Слава богу, что выиграли. Но, конечно, слова «хоть бы не я» – это шутка.

— Можно сказать, что после прохода Испании сборная России раскрепостилась на домашнем чемпионате мира?
— Да, с Хорватией потом играли окрыленные и проиграли в равной борьбе. Появилась легкость – ты понимаешь, что тебя уже не будут поливать. Когда ты едешь на какой-то турнир и на тебе висит какой-то груз, что опять обосрешься, – это всегда закрепощает.

— На Евро-2022 вас отправили в запас после игры с Бельгией. Черчесов тогда был не слишком строг?
— Конечно, мне хотелось исправиться за ошибку, но в следующей игре сборная России выиграла у Финляндии – 1:0. Значит, тренер все сделал правильно.

— Как вы считаете, что у вас не получилось в матче с Бельгией?
— Стечение обстоятельств. Полетел мяч, я понадеялся на партнера, потом подумал, что офсайд… Три решения в голове – и не сделал ничего.

— В России очень болезненно восприняли невыход сборной из группы на Евро-2020. Вы лично сталкивались с критикой болельщиков? Может, кто-то подходил на улице?
— На улице никто не подходил, но давление было очень большое. Я видел, что творилось в прессе, и от этого было очень некомфортно.

— Вы читали прессу?
— Заглядывал одним глазком. Смотрел, что творилось… Ужас, конечно. Но потом себя немного ограничивал. Когда появился первый хейт, я понял, что это мазохизм, и перестал читать.

— После ухода Черчесова из сборной вас тоже перестали вызывать. Нет обиды на Карпина, что он не дал шанса?
— Нет, мне уже было 32 года. Все понимали, что сборной нужно омоложение, а у нового тренера – свое видение и свои футболисты. После такого Евро я понимал, что, наверное, уже все.

— Вы удивлены, что сейчас Черчесов не востребован в РПЛ?
— Удивлен. Сейчас очень много ручных тренеров, удобных агентам и президентам клубов.

— Вы можете сказать, что Черчесов – самый суровый тренер из тех, с кем вам приходилось работать?
— Суровый у меня был Горлукович. Станислав Саламович – это очень адекватный человек. Может пошутить, если надо, может и позлиться. Не было такого, чтобы тебе пихали просто потому, что хотелось пихануть.

— В чем была суровость Горлуковича?
— У нас было по четыре тренировки в день. В 6 утра встаешь и идешь на пляж, потом еще два занятия на поле – вот это суровость. И отношение к команде такое же.