Алексей Анисимов: Мы с оптимизмом ждем, что судьи покажут хороший уровень в новом сезоне

«То, что мы открыты, позиционируем уже не первый год»

— Каким получился прошедший сезон для судей КХЛ и какую оценку вы им поставите?
— Хочется давать оценку не количественно, а качественно. То, что мы от судей просили, они выполнили в плей-офф. Нас устроил уровень накала борьбы, который они держали, и то, как они принимали решения. В том числе в сложных эпизодах, где было наложение больших штрафов, они не затягивали игру и не брали лишние видеопросмотры. Судьи отработали профессионально.

— Что вы назовете главным достижением судейского корпуса за минувший сезон?
— Это очень важно, что не только за минувший сезон, но и за последние два-три года у нас появляются новые лица. Время не стоит на месте, и профессионалы, которые выдают качественную работу, все равно взрослеют. И новое поколение ребят немножко другое, то есть идет смена определенных приоритетов. Важно, когда люди знают, понимают и работают на основании своего анализа отношения к делу. Это в том числе те вещи, которые Лига делает для судей, так что это дорога в две стороны.

— Во время финала вы выходили в прямой эфир в трансляции, это говорит об открытости судейского департамента КХЛ?
— Современный мир таков, что люди хотят получать информацию здесь и сейчас, сразу из источника, а не домысливать ее. Мы готовы показать момент и раскрыть его для болельщиков. То, что мы открыты, позиционируем уже не первый год. Мы рассказываем, показываем, приглашаем на сборы. Еще лет десять назад не могли представить в прямом эфире судью с камерой на шлеме. Но мир не стоит на месте, и это тенденция в Лиге и в спорте вообще.

— Как судьи относятся к участию в программах «Хороший гол» и «Микрофон на судьях», насколько они сами открыты?
— По-разному, честно скажу. С одной стороны, они понимают, что мы все части одного корабля, под названием хоккей и КХЛ. С другой стороны, конечно, не каждому человеку понравится, когда его внутреннюю работу будут рассматривать под микроскопом. Люди могут соглашаться или нет, но они видят, почему судья так решил. Это хорошее, правильное начинание, и самое главное, что оно нравится болельщикам. В каком-то смысле это даже дисциплинирует судей.

— В то же время в трансляцию попали комментарии одного из судей в адрес Боба Хартли. Это негативная сторона открытости?
— Это часть игры. Они потом этот вопрос между собой спокойно решили. Боб Хартли — большой молодец, мега-профессионал, который к этому отнесся не так, как было преподнесено. Все должны понимать, что есть эмоции. Они могут зашкаливать, но судья обязан себя контролировать. Мы на эту тему беседовали, и человек очень быстро понял, что так разговаривать не надо и что нужно уметь контролировать эмоции.

— Насколько тяжело судьям с такими тренерами, которые ведут себя эмоционально во время игры?
— У всех разный психотип, мы это обсуждаем на сборах. Каждый тренер знает и понимает, как с кем разговаривать, и иногда это играет как в плюс ему, так и в минус. Когда отвлекаются на что-то другое, это мешает основной работе. Но это выбор того или иного тренера, и мы никогда не обсуждаем их работу. Арбитры подготовлены, они понимают, когда нужно разговаривать, и когда не нужно подъезжать.

— Бытует мнение, что судьи слишком спокойно относятся к поведению главного тренера «Авангарда» Ги Буше. На ваш взгляд, оно соответствует правилам? — Судьи не всегда видят, что тренер проявляет эмоции и что-то показывает. Как правило, процентов 90% таких вещей происходит, когда все встали на вбрасывании, судья уже отвернулся и сконцентрирован на игре. Кто-то иногда делает это специально, а кто-то — нет. Когда это переходит за рамки, тренеры получают две минуты, а кого-то, бывает, удаляют до конца игры, хотя судьи не очень любят использовать это правило. Все должны понимать, что это не делается демонстративно. Мы проверяли на своих профессиональных камерах, и в основном это происходит, когда никто не видит.

— То есть со стороны судей нет претензий к Ги Буше?
— Какие могут быть претензии? Мы профессионалы, и не можем предъявлять претензии. Если тренер ведет себя неподобающе, то его нужно удалять на две минуты. Он не должен переходить грань, и это отношение не к какому-то одному тренеру, а вообще к тренерскому цеху. Есть правила, по которым арбитр обязан работать. Он должен правильно управлять игрой, а на личности мы никогда не переходим.

— Много было критики судейства со стороны Андрея Разина. Можно сказать, что у него произошел «откат» в отношениях с судьями?
— А где была эта критика? Я ее не нашел. Андрей Владимирович говорит фразеологизмами, и мы не знаем, кого он имеет в виду. Я не считаю, что он говорит про судей.

— Разин после одного из матчей заявил, что поменял бы судей, если у него была бы машина времени.
— Поменял бы судей — и что? Здесь нет критики.

— Также он заявлял, что ключевым моментом матча было то, что судья сыграл в тело Владимира Ткачева, а после этого соперник забросил шайбу.
— Это часть игры, судья стоит на месте, выполняет свои функции. Все игроки прекрасно знают, что судья занимает определенную позицию в определенном месте. Если вы видите критику, то я ее здесь не вижу. У нас есть четкие регламентные нормы, по которым мы живем. И когда есть критика, это рассматривается другими инстанциями.

— Была ли в действительности поставлена задача «давать играть» в плей-офф, и отличалось ли судейство в розыгрыше Кубка Гагарина и в регулярном чемпионате?
— В плей-офф отличается уровень концентрации, чистоты хоккея, скоростей и накала. Поэтому вещи, которые игроки позволяют себе в регулярке, они не могут позволить в плей-офф. Они все более собраны, и судьи тоже. Мое субъективное мнение, что регулярный чемпионат и плей-офф — это два разных вида спорта. И не только в хоккее. В плей-офф играют плотнее, правильнее, и цена ошибки другая. Игроки дорожат удалениями, потому что многие вещи решаются в большинстве и меньшинстве. И потом у нас довольно чистый хоккей. И за месяц до чемпионата мы разослали письмо, в котором провели профилактическую работу с «рыбками». Чтобы люди не выпрашивали удаления, и это дало плоды перед плей-офф.

— В сезоне много обсуждались симуляции игроков, например, Кирилла Семенова и Артема Галимова...
— Я никогда не говорю о частных случаях. Я скажу, что у нас есть такая тенденция. Мы понимаем, что в плане «рыбок» реально стало лучше и чище. Сейчас много видеокамер, и мы будем продолжать декларировать, что не нужно приукрашивать тот или иной момент.

— Игроки стали больше уважать друг друга?
— Я считаю, что да. И мы понимаем, что это пошло на пользу Лиге.

«Несложно догадаться, упал ли уровень судейства на международных турнирах»

— В плей-офф были наказания судей за ошибки?
— В плей-офф у судей есть определенная система поощрения, если они не совершают ошибок. Главное, что они двигаются дальше, вверх по лестнице. И судьи это знают, поэтому и среди них высокая конкуренция.

— С подачи журналистов стал популярен термин «казанское судейство». Как в департаменте судейства относятся к таким выражениям?
— Мы живем исключительно в фактах, видеоразборах и понимании, что происходит, а не в догадках и гипотезах. Наверное, удобно использовать какое-то клише.

— В настоящее время невозможно представить себе «домашнее судейство»?
— Поэтому и был сделан такой гигантский скачок, чтобы не было ни одного вопроса. Команду хозяев определяет только протокол и цвет свитеров. Нет понятия «домашнее» или «гостевое» судейство. Судья должен делать так, чтобы игроки показывали мастерство, и убрать из игры грязь. Ни у одного арбитра нет понятия «домашнего» или «гостевого» судейства — это выжжено, выкорчевано и убито давным-давно.

— Много говорилось насчет дисквалификации Евгения Кузнецова во время серии с «Автомобилистом». Можно считать жестким такое наказание за неприличный жест?
— Евгений — прекрасный хоккеист, и дело не только в нем. Не делайте определенных жестов, потом никто не будет обсуждать дисквалификацию. Все обсуждают постфактум, сколько ему дали игр дисквалификации, но спортивно-дисциплинарный комитет — это независимый орган, который за это отвечает, несет ответственность и выносит вердикт. Надо понимать, что количество камер сейчас такое, что любое действие можно заметить. Если не сразу, то его увидят позже. И все это должны знать — и игроки, и тренеры, и судьи. Лига это контролирует, и у нас великолепные технические возможности в центре видеоанализа КХЛ.

— В сезоне было несколько столкновений игроков (Дронов, Черепанов, Чеккони, Яшкин) с судьями, и они трактовались по-разному. Тяжесть наказания зависит от вида воздействия?
— Вы сами ответили на этот вопрос. Это разные случаи. Игрок видел судью, или не видел. Какие действия совершал судья — ехал навстречу, пересекался. Для болельщиков эти моменты одинаковые. Но профессионалы понимают, что если судья делает шаг навстречу, если игрок пытается избежать столкновения — это одно. Если игрок подъезжает со спины — уже другое. Эти эпизоды могут быть похожи, но на самом деле они разные.

— Григорий Дронов заявил, что хотел, чтобы в Департаменте судейства выслушали его точку зрения. Возможно ли в будущем проведение слушаний с игроками, как в НХЛ?
— Это интересно и имеет право на существование, но вы должны понимать, что в нашей стране другое количество часовых поясов и другая география. Представьте, если такой эпизод произойдет в Хабаровске, то игроку надо будет прилететь в Москву. Если проводить такие слушания, то лучше вживую. В будущем мы об этом задумаемся.

— В этом сезоне появились такие термины как «переход хода», «удалены все игроки, находившиеся на площадке». Насколько эти выражения судей соответствуют правилам?
— Во-первых, это все рождается во время игры, когда кто-то хочет побыстрее объяснить происходящее. Во-вторых, букве закона это немного не соответствует.

— Это импровизация?
— Да, это больше можно назвать импровизацией. Это не мешает игре, и приносит изюминку. Не всегда это может нравиться, не всегда всех устраивает, но так есть. Это больше вопрос к болельщикам, и если им нравится, то почему бы и нет. Хотя мы не стараемся, чтобы это случалось постоянно.

— Можно ли назвать эпизод с засчитанным голом в матче СКА — «Автомобилист» трагической случайностью? Что сделано Лигой, чтобы такие эпизоды не повторялись?
— К сожалению, эта одна из печальных страниц нашей истории, и мы учли ее в будущем. После этого был изменен протокол. Это стечение обстоятельств, невнимательность. Это пример, когда человеческий фактор, который по возможности надо нивелировать, приводит к таким последствиям. Когда нарушен определенный протокол и алгоритм действий, это приводит к такому.

— Это человеческая ошибка?
— Да, мы сразу это признали, чтобы не было никаких домыслов.

— КХЛ объявила об изменениях в правилах на сезон 2026/27. Какие положительные эффекты можно ждать от этих изменений?
— Сильных изменений нет, они сделаны, чтобы было меньше остановок, чтобы все было более прозрачно, более интересно. Мы говорим про выброс шайбы, который судьям разрешили просматривать. Также судьи часто просматривали эпизоды, когда игроки пытались показать, что им попало по лицу клюшкой, что им больно, а на самом деле клюшка даже не задевала ни лицо, ни даже визор. Поэтому судьям разрешили накладывать штраф за симуляцию. Игроки это знают, принимают, они у нас большие профессионалы.

— Что вы как руководитель хотите видеть от своих подопечных в новом сезоне?
— Очень хочу, чтобы новые молодые ребята с первого матча влились в коллектив и чтобы удалось держать тот уровень, который был в плей-офф. Мы постараемся сделать хоккей еще динамичнее, чтобы по возможности не было остановок. Мы приложим все усилия, чтобы не было грязи и приукрашиваний. Я ожидаю, что будет интересный чемпионат, потому что количество команд, претендующих на медали, стало больше. Поэтому очень многое будет зависеть от наших коллег. У нас проходят сборы, и мы говорим, что иногда одна ошибка очень сильно влияет на результат. И мы с оптимизмом ждем, что судьи покажут хороший уровень.

— Много обсуждались ошибки судей на чемпионате мира и на Олимпиаде. Можно говорить, что в отсутствие российских арбитров уровень судейства на международных турнирах упал?
— Я не комментирую действия коллег, потому что это неэтично. Но скажу, что наши арбитры всегда судили финал или матч за третье место, если сборная России там не играла. Они всегда были в топе. До 2022 года у нас работали иностранные арбитры, которые тоже ездили на чемпионаты мира. По сути 30% судей там были из КХЛ. Поэтому несложно догадаться, упал ли уровень судейства на международных турнирах.

— Есть ли какие-то подвижки насчет возвращения российских судей на международную арену?
— Я знаю, что разговоры предпринимаются, но сейчас это очень тяжело дается. Почему-то люди отодвинули спорт в другую сторону. Мы неформально пытались говорить о том, что надо начать возвращение российского хоккея с арбитров, но не нашли взаимопонимания, потому что все упирается в политику.

— Российские хоккеисты недополучают международную практику. Можно ли говорить то же самое и про арбитров?
— Нам в этом плане немножко легче. Почему нашим арбитрам легко удавалось судейство на чемпионате мира? Потому что уровень КХЛ выше уровня чемпионатов европейских стран. Поэтому когда рано или поздно мы вернемся, и судьям будет несложно это сделать. У нас не будет проблем, поверьте.