Трошечкин: Удальцов был другом, но в «Пари НН» я узнал его с другой стороны

— Вы упомянули спортивного директора Удальцова. В каких вы отношениях?
— До его прихода в «Пари НН» нас связывала достаточно продолжительная дружба, у нас были близкие отношения. Но после того, как он пришел в клуб, я был шокирован несколькими его решениями во главе спортивного блока. Многих игроков, которые помогали клубу в трудный период, убрали. Но еще больше я был шокирован той форме, в которой ребят просто выперли из команды.

Ситуация с Кухарчуком — просто бред. Человек продлил контракт с клубом, а через месяц ушел в аренду. Как такое возможно? Ситуации с Живоглядовым, Тихим, Жигулевым я тоже не понял: ребят убрали в октябре после травм, из-за которых они пропускали довольно продолжительное время. На мой взгляд, это противоречит обычной спортивной этике и человеческому отношению. Вдвойне обидно мне было за Тихого и Кухарчука, потому что я дружу с ними, а по сути ничем не мог помочь.

— Если брать вас, что поменялось в ваших взаимоотношениях с Удальцовым?
— Когда я чуть выправил свою ситуацию и начал играть, получать игровые минуты, Удальцов начал намекать на продление контракта, но на деле ничего не случилось. Считаю, что его вина в моем уходе тоже есть, так как он приглашал Шпилевского в «Пари НН», и, значит, разделял мнение тренера по составу.

То, что было в августе 2025-го — вообще абсурд. За месяц от слов, что я еще буду играть в «Пари НН», мы дошли до того, что Удальцов мне звонил и грозился отзаявить, если я не уйду из команды добровольно. Удальцова я считал своим старшим товарищем, но в тот момент узнал его по-настоящему.

Были даже слова, что я плохо влияю на команду, на коллектив внутри, — вообще было не так. Меня, откровенно говоря, «слили» из клуба. И сделали это Шпилевский и Удальцов. Но это определенный опыт для меня, моей семьи. И пусть он не в самом положительном ключе. Такое в жизни бывает. Слава богу, в тот момент появилась Тула, и я продолжил играть в футбол.

В ближайшее время читайте на «РБ Спорт» полную версию интервью с Александром Трошечкиным