Иван Штырков: У меня в детстве на улице пытались отбирать деньги

- Хоккеист Евгений Кузнецов, который рос в районе ЧТЗ в Челябинске, говорил, что у него часто пытались что-то отобрать по пути на тренировку. У тебя пытались что-то отбирать?

- Деньги. Как было – ты выходишь и думаешь: здесь идти 15 минут, но по основным улицам, где есть взрослые люди, а здесь десять, но дворами. В Екатеринбург я переехал в пятом классе. То же самое было во Владивостоке – можно пробежать дорогу за половину времени, но остаться без денег, шапки или кроссовок. На людях уже безопаснее.

- Учитывая, что ты занимался самбо, давал отпор или биться не приходилось?

- Я всегда считал, что спорт нельзя применять – только в критических случаях для самообороны. Сам я никогда не агрессировал. Понятно, когда ситуация безвыходная, ты что-то пытаешься сделать. Если честно, самбо немножко не подходит для уличных разборок – там же броски. Пока одного бросаешь, тебя уже двое прихватили, навалились и запинали. Когда против тебя два-три человека, бокс лучше и практичнее. Поэтому старался разруливать ситуации разговорами или иногда бегом. Бывало по-разному: когда-то побежишь, когда-то понимаешь, что не добежишь и получишь – у тебя отберут десять рублей. Наверное, у кого-то из молодых ребят сейчас такая же жизнь, но уже не Екатеринбурге и не в больших мегаполисах. Возможно, в каких-то прям отчужденных районах. Тогда это не считалось преступлением, мы это принимали. Ты был собран и ко всему готов, но не как загнанный зверь. Но было и плохо, когда ребят сильно зашугивали. Это и сейчас есть – называется абьюз. Просто мы росли чуть жестче, подготовленнее к жизни, потому что она была насыщеннее, настоящей. Не из гаджетов, ютубов и соцсетей, а здесь и сейчас. Сегодня ты бежал от кого-то, завтра за кем-то. Приходилось постоянно принимать какие-то решения. Жили настоящим. Нам не впихивали в голову никакие псевдоценности. Воспитание шло от родителей, школы, улицы, секций – дай бог, у кого это все было. Конечно, были дети и без этого, - сказал Штырков.