Интервью с Даниилом Денисовым. Отношение к невызову в сборную. Критика в медиа. Какая установка была у Станковича. Драка: почему только разнимал

— После матча вы сказали, что мечта — это сыграть за сборную на чемпионате мира или Европы. На предстоящие матчи — с Сирией и Брунеем — вас не вызвали. Удивлены?
— Это решение главного тренера. Решение принимает он.

— С чем вы это связываете — ваше мнение?
— Не думаю об этом. Просто вижу список и смотрю, есть ли там моя фамилия.

— Нет мысли аккуратно про это поузнавать?
— Точно нет.

— Последние месяцы для вас получились непростыми — в медиа было много критики, а оценки звучали очень жесткие. Как справляетесь с этим?
— Не читаю просто.

— Вообще?
— Вообще. Медиа вообще не читаю.

— Чье мнение вас интересует в принципе?
— Главного тренера. Доверяю тренеру, его идеям. Люди, которые в медиа оценивают игру, не видят многих вещей - тренировок, плана на игру.

— Вас удивил состав ЦСКА — тем, что в основе не было Пьянича?
— Нет, не удивил. Предполагал, что так будет.

— Что на разборе перед матчем говорил Станкович — и что из этого удалось реализовать? Чего вы не дали сделать ЦСКА?
— Они играют от центральных защитников вертикальной передачей на фланговых полузащитников, которые заходят в середину. Латерали поднимаются достаточно высоко, и если мы идем в латералей, то освобождаются эти центральные зоны для Облякова и Файзуллаева. А дальше они выходят (в атаку. – Прим. «РБ Спорт») за счет пространства. У них это несколько раз получалось, но в основном мы это перекусывали, особенно во втором тайме.

— Получается, вы не дали ЦСКА реализовать их сильные стороны.
— Да, не дали.

— Что из задуманного удалось реализовать вам?
— Мы неплохо контролировали игру в целом и мяч. Пользовались пространством. В принципе, первый гол так и пришел. Мы в первом тайме неплохо переводили мяч слева направо. У нас не было дикого преимущества на фланге, но были ситуации «три в три», когда мы хорошо разбирались. Одна из таких — когда я отдал на Пруцева, а он на Бонгонда, после чего был забит гол.

— В первом тайме было несколько ситуаций, когда вы что-то выговаривали Бонгонда, который не двигался вам навстречу к передаче. Что конкретно там было не так?
— Я не только Тео говорил, но и Мани (Угальде – Прим. «РБ Спорт»). Мы поговорили два раза на эмоциях, но зато потом в конце первого тайма два раза здорово вышли в атаку, когда я принимал мяч на фланге возле бровки и дважды находил его в центре поля. Вы итоге мы здорово выходили со своей половины поля. Мои слова были не только к Тео адресованы, а в принципе к игрокам атаки, которые должны помогать выходить из-под прессинга.

— Что вам помогло не участвовать в таких драках, какая была во втором тайме? Понимание, что будет удаление, а потом дисквал?
— Я старался всех разнять. Почему я не лез с кулаками? Драться нужно не здесь, не на поле. Хотите драться — идите в другое место. Люди, которые умеют хорошо драться, чаще всего это свое умение не используют. Заниматься этим на поле… Даже не знаю, как назвать это — задираться, бить исподтишка… Это можно, но очень рад, что на все это мы ответили результатом.