– В «Омских Ястребах» ты играешь под руководством своего отца – Виталия Геннадьевича Черночуба. Насколько у вас получается в общении переходить от хоккея к семейным делам? Обсуждаете ли вы дома хоккей?
– На самом деле, это интересный вопрос, который достаточно труден для ответа. Иногда я живу в академии, с парнями на базе, но могу и дома переночевать. Нет такого, чтобы я специально уезжал в академию. Мы нормально общаемся с папой вне хоккейной жизни. Мы оба очень сильно любим хоккей и одинаково смотрим на игру, поэтому нам с ним интересно обсуждать игру. У нас все нормально, мы отлично ладим.
– Папа был твоим единственным мотиватором к занятиям хоккеем?
– Он привел меня в хоккей, поставил на коньки и каждую зиму занимался со мной в Новосибирске на открытой коробке. Мы постоянно тренировались, он поправлял и ругал меня, но только по делу. На самом деле, еще мама, бабушки и дедушки возили меня на тренировки за 40 километров от Новосибирска. Так что, в том, что я стал хоккеистом, есть далеко не только папин вклад.
– Получается, у тебя уже с детства закалился характер, раз уж тебе приходилось преодолевать такие расстояния.
– В возрасте десяти лет ты их не замечаешь. Это в большей степени касалось родителей, потому что именно они были за рулем и возили меня на тренировки. А у меня же, наоборот, время проходило тусовочно. Я постоянно был с друзьями, тренировался и проводил время вместе с ними.
– Неужели у тебя ни разу не возникало желания бросить хоккей?
– Бывает такое в МХЛ, когда после плохого матча прихожу домой и думаю: «Да на фиг это все надо, когда уже все закончится?». Иногда я очень сильно загоняюсь из-за своих ошибок. Но чаще всего я стараюсь спокойно их переносить. В прошлом году получил колоссальный опыт и понял, что если буду расстраиваться из-за каждого поражения, то меня не хватит на весь сезон. У нас и так трудный чемпионат, а если еще буду загоняться, то меня точно не хватит, — сказал Черночуб.
