Александр Шпрыгин: Возьмем в сборную немца, англичанина, норвежца, японца, корейца, но дело в другом — какие они россияне?

— Семь лет назад мне такой же вопрос Юра Дудь задал, а потом Комитет по этике ФИФА в отношении меня вынес штраф в десять тысяч франков за мой ответ, — вспоминает Шпрыгин. — Хочешь меня на десять тысяч франков «прибить» опять?

— Да, очень хотелось бы, честно говоря. 
— Ничего не изменилось. В моем понимании сборная России должна состоять из доморощенных футболистов. В этом нет никакой дискриминации, притеснений или еще чего-то. Речь о воспитанниках отечественного футбола, а не о том, что взял переобул звезду и пошел результат. Считаю, что пусть лучше наша сборная еще какое-то время не достигнет результата, чем достигнет за счет бешеного вливания денег, сил и натурализации. И еще раз к тому, что в моих словах семь лет назад что-то нашли. Во второй команде московского «Динамо» есть вратарь Дэвид Сангаре, он темнокожий, но с детства воспитанник академии «Динамо». И фанаты, которые ездят на матчи второй команды, в принципе ему рукоплещут, аплодируют, скандируют его фамилию и он подходит к трибуне, тоже приветствует болельщиков. И если он, допустим, дорастет до сборной, то ни у кого не возникнет никаких вопросов, потому что он с детства жил в России и воспитывался в российской спортивной академии. А брать условного мальчишку из Сан-Паулу, который полюбил Россию за зеленые бумажки — не знаю, правильно ли это с точки зрения воспитания молодежи, патриотизма и всей истории. А так, в остальном, мой ответ и мнение широкой аудитории зрителей никаким образом никак не влияет на возможное принятие подобных решений в кабинетах футбольной власти, к сожалению.

— Получается, что вопрос не в цвете кожи, а в месте, где рос футболист?
— Можно натурализовать не только бразильца, но и немца — такой пример у нас тоже был. Возьмем немца, англичанина, норвежца, японца, корейца, но дело в другом — какие они россияне? Если в составе выйдут играть два немца, два бразильца, два аргентинца и сборная дойдет до полуфинала чемпионата мира, наверное, с точки зрения результата это будет хорошо. У нас в мини-футболе был такой прецедент. Я считаю, что лучше терпеть, но развивать свой собственный футбол. Пусть бразилец приезжает в Россию, занимается десять лет футболом и его как Захаряна возьмут с раннего возраста в сборную. Тут точно так же, как в условиях санкций у нас развивается собственное производство. Вон самолет не давали Росси сделать, но Россия все равно его сделала и кончилось тем, что теперь там 88 процентов комплектующих — отечественные. То же самое и с футболом. Учитывая цену газа в Европе и то, что у нас ресурсодобывающие организации являются основными партнерами РФС, им в принципе будет не сложно натурализовать игроков любой сборной и сыграть хорошо в Катаре. Но эта натурализация происходит не за счет любви к России, а за счет любви к условиям, которые Россия предлагает. Я лучше доживу до чемпионата мира 2026 года, но чтоб там успешно выступили россияне, чем вот здесь вот сейчас будут одни бразильцы или немцы в составе. Такая вот философия, и она не только моя, она касается широкого круга аудитории.

— Голу Марио Фернандеса в ворота хорватов на чемпионате мира в России вы радовались так же, как голу Черышева? И вспоминали, что этот парень — натурализованный?
— Даже не рассматривал ситуацию с этой точки зрения.

— Когда в составе выходил Фернандес, вы вспоминали, что он натурализованный, как-то влияло это на восприятие его игры?
— Нет. Если бы я этот вопрос не услышал сейчас, то не подумал бы об этом вообще.

— А в чем разница между Фернандесом и Клаудиньо?
— Прозвучал вопрос о моем мнении, я его высказал. Но также отметил, что мое мнение — просто звук, оно никак не влияет на те решения, которые будут приниматься руководством футбола.

Агент Клаудиньо оценил вероятность натурализации бразильца в России